— Лес дышал. Горячо, жадно, захлебываясь, как сама Рей. Деревья бежали в череде, что вскоре стала напоминать толстый мазок краски — коричнево-зеленые осколки отлетали, ломались ветви, как её собственные кости, и листья кустарников возмущенно кололись. Недавняя вода на ней уже остыла, и новая, ещё не впитавшаяся хорошенько грязь с обрывками малой крови покрывала кожу. Всё это было ничем в клетке из боли и смутной надежды, в которой было заперто её собственное тело. Недолгая тишина валилась жаром сверху — лес содрогался и снова дышал, как припадочный. Природа была полностью пронизана неутешительной болезнью. Она уже мало что думала, всего лишь стараясь и дальше цепляться за край сознания. Рей что-то сделала. Да — попыталась, снова, как в каком-то поставленном на одном и том же злостном повторе кошмаре. Последний крик отчаявшегося, подступающая кругом темнота, и вдали — смутное ощущение чего-то правильного, стоящего ей сейчас всего этого, было ею надежно выцеплено и, как иная блистающая вещь, это всё ещё привлекало её взгляд, её мысли в тяжелом полуобморочном состоянии, помогало ей не забыться окончательно и потерять всякую связь с реальностью. Она видела его спасение так ясно. Теперь уже не имело значения собственное положение и то, что ждало её впереди. Иную секунду, сквозь глухой, доносившийся откуда-то далеко рокот (или — очень близко? Она дергалась, не понимая), Рей возвращалась к этой пульсации Силы внутри себя, слабой, как притоптанный чьей-то ногой зверек, но ещё продолжающийся сопротивляться. И тогда она обманчиво чувствовала, как боль исчезает, как сама она заново воскресает раскаленным железом и кровью, способная взять в свой руки меч и одолеть Его — этот слишком явный образ Тьмы... Читать дальше.
Апокалипсис. Такое ёмкое слово, универсальное для обозначения бесконечного множества вещей. В христианстве это текст – откровение, со словом же «Армагеддон» оно употребляется в значении конца света или катастрофы планетарного масштаба. У каждого, безусловно, хотя бы раз в жизни случался свой собственный конец света. И здесь уже не до обозначений и терминологии, ведь для каждого человека апокалипсис – свой. Для кого-то это вспышка солнца или разразившаяся вирусная эпидемия, для кого-то всё сводится к нашествию зомби, а для кого-то "Армагеддон" – лишь череда личных трагедий, что сбивают с ног и вышибают из лёгких воздух. Трагедий, после которых нет никакой возможности жить дальше как ни в чём не бывало. Трагедий, из которых не так-то просто выбраться живым и здоровым. Чаще – побитым, истерзанным, с ощущением гадкого, липкого, вязкого на душе. Реже – поломанным настолько, что всё, кроме самого факта выживания, теряет свою важность.












Рейтинг форумов Forum-top.ru
Вверх страницы
Вниз страницы





Crossover Apocalypse

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossover Apocalypse » Я тебя ни на кого не выменял » We’re gonna play another game, you and me.


We’re gonna play another game, you and me.

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

— We’re gonna play another game, you and me. —
Leon S. Kennedy, Jake Muller, Ada Wong, Claire Redfield, Eveline
[resident evil]

https://68.media.tumblr.com/dc0877b7ae244f300b35c340f60018c5/tumblr_ol5fmnIowW1vih62do1_500.gif

— Описание эпизода —

В одном заброшенном доме городка Далви, Луизиана, живет девочка Эвелин вместе со своими мамой и папой. Живет и почти никого не трогает, только не прошенных гостей и тех, кто хочет от нее сбежать. Про них почти забыли, но к несчастью Эвелин не просто девочка, а вирус. Настоящая жемчужина в своем роде, единственная и неповторимая. Сделать вид, что ее нет может быть у кого-то и получилось, но совершенно точно не у Клэр Рэдфильд, которая решила разобраться в странностях местной экологии. Компанию ей решила составить и Ада Вонг, не желающая отпускать девушку одну в такое странное место. Но Клэр была не одна, кого заинтересовала Эвелин. Вопрос существования совершенного вируса не давал покоя и Альберту Вескеру, который обманом отправил собственного сына и его не то друга, не то любовника Леона на поиски девочки. Так они все и собрались на краю странного дома в городке Далви, Луизиана.

Отредактировано Albert Wesker (01-08-2017 15:14:30)

0

2

Джейк не простил отца, не смог бы даже если бы и захотел. Но спрятаться или отказаться от родства с Альбертом Вескером было невозможно. Куда бы он не шел, всюду на него смотрели как на сына самого опасного биотеррориста в мире. Он знал обе стороны конфликты, он слышал много вариаций событий. Он даже головой понимал почему Альберт так поступил с ним и его матерью, но простить этого все равно не мог. Может быть Мюллер давно плюнул бы на все и больше никогда не связывался со всем этим дерьмом в виде вирусов, непонятных тварей и прочим, но за его кровь была назначена не маленькая цена. И далеко не всем страждущим сам Джейк при этом нужен был живым, скорее наоборот, многих он устроил бы в виде трупа, разложенного на части по пробиркам.
Отдельно от всего этого было последнее письмо от мамы, ее просьба не держать зла на Альберта. Это было сложно, но сыновья любовь была безмерна и поэтому пересилив себя, Джейк продолжал общаться с отцом. Тот, конечно, не был пушистым зайчиком, не встретил сына радушным приемом, почти с порога, дорогой папочка решил взять у сына образец крови. Что ж мать была права Вескер о нем думал, но совершенно не так, как должен был бы. Хотя, кому и что был должен этот безумец? Мюллер предпочитал не думать о таких сложных материях, осознанно в дела отца не лез, пару раз позволил взять образцы крови, но на все остальные заискивания отвечал отказом. Их встречи обычно были коротки, ученый был либо слишком занят своим очередным творением, либо хотел разделать сына на составляющие, а еще лучше отправить делать за него черную работу. Толковых разговоров из всего этого получиться не могло, да и сам Джейк понятия не имел, о чем говорить, а отец чаще всего рассуждал о своем идеальном мире, первым представителем которого оказался сам Мюллер.
Леон же обычно старался держаться как можно дальше от отца и сына, особенно, когда они были вместе. Словно он что-то скрывал. Кеннеди – американец, а они все с душком, тайнами и скрытыми смыслами. От них всегда стоит опасаться припасенного за пазухой ножа. Леон вряд ли был способен на такое дерьмо, все же Джейк точно знал, что его сердце так же сходит с ума, как и его, когда они вместе. Но их обоих в жизни двигали не только и не столько эмоции и прочая шелуха, сколько банальный инстинкт самосохранения. Своих не бросают, но зная своего отца и то, кем он был Мюллер не был уверен, что не пойдет однажды по головам, даже если это будет голова его любовника.
Они стояли посреди нигде, это было самое лучшее описание той местности, где они были. Координаты из папки, оставленной открытой на столе отца, когда тот вышел сделать им чаю, привели их в этот странный городок в Луизиане. Джейк мог по пальцам пересчитать те случаи, когда Альберт что-то делал сам, а не посылал его или кого-то из своих прислужников. Стоило бы, наверное, в тот момент задуматься о том, что все не так чисто, как кажется. Но с фотографии в папке на него смотрела фотография девочки окруженной семьей, а сама девочка была обведена в кружок. Первая мысль, появившаяся в голове наемника, была проста – он и Шерри не столь уникальны, как все им вокруг твердили. Но если сам Мюллер и Биркин были взрослыми, способными за себя постоять людьми, то девочке на фото было от сил лет двенадцать. Что она могла противопоставить всей той армии, что могла идти по ее следу? Ничего. Отдавать ее отцу в планы не входило, впрочем, хоть какого-то плана у Джейка не было. Он просто хотел спасти ни в чем не повинную девочку.
Леон отозвался на предложение отправиться вместе с ним на удивление легко, словно и сам подозревал что-то подобное, а может хотел убедиться, что все это лишь фантазии Мюллера. Наемник не был уверен в причинах согласия своего любовника, но был рад, что ему не предстоит сворачивать горы в одиночку.
Оказавшись на краю того, что возможно было фермой или поместьем. Черт, этих американцев разберет, что есть что. Мужчины остановились. Сумерки сгущались вокруг них, а все что они видели больше походило на нечто заброшенное, постепенно разрушающееся от времени. Факт наличия тут девочки был крайне сомнителен, но выбора или других зацепок у них не было, поэтому оставалось только двигаться вперед.
- Что-то это все больше похоже на какую-то ловушку, от старика Вескера, - невесело усмехнулся Джейк делая пару шагов вперед. Уходить далеко одному не хотелось, какое-то непонятное чувство тянуло наемника держаться поближе к своему напарнику и опасаться всего, что только можно и чего нельзя. Джейк никогда не любил ужастиков, а окружение очень походило на идеальные декорации для подобного фильма.

0

3

После Китая, должна была начаться новая жизнь. Ну, или спокойная старая. Хелену восстановили, а сам он был назначен главой ДСО. По крайней мере, пока что. Президента заменил исполняющий обязанности. Это было хорошо, так как объяснять кому-то, что происходит в мире и как погиб старый, американец не особо хотел. Все это помогало отвлечься и держаться как можно дальше от Вескеров. От обоих. Уже то, что старший спас их в Китае не убавляло, а добавляло строку в долг перед ним. А учитывая, что Альберт любил брать со всего, что только можно, жизнь Кеннеди должна была как минимум превратиться в Ад. Радовал тот факт, что им каким-то чудом удалось скрыть сам факт того, что ученый жив, от Ретфилда. И тут агент чувствовал некое подобие совести, потому что с одной стороны он укрывал зло мировых масштабов, с другой врал в лицо старому другу с третьей. С третьей все было все еще так сложно, что он предпочитал звать ее просто третьей и плевать что третья шла с подпунктами А и Б.
Кошмары начали ему сниться спустя несколько месяцев после Китая. А там, где кошмары – там бессонница. И только поэтому, когда с ним связался Джейк, он поехал по следу, который им дал Вескер-старший. Конечно, причина была в другом, но Кеннеди себя убеждал в обратном. Он был рад видеть мальца и всеми силами скрывать, что что-то тут не так и вообще ему бы взять отпуск и отдохнуть нормально. Но это означало сон, и вот в мир грез он попадать не стремился. Его пугало даже не то, что он там видел – учитывая образ его жизни это скорее было закономерным, а то, что оно ощущалось далеко не как порождение уставшего за последние годы разума. И если Мюллер и удивился тому, что американец так просто согласился на его предложение, то вида не подал. Хотя, наверное, мог бы и имел право, учитывая, что Леон почти выписался из его жизни, как будто ничего и не было.
Старые и заброшенные дома были прерогативой Редфилдов обычно, поэтому сейчас, стоя на окраине чьих-то владений, он вспоминал замок в Испании.  И если городок за спиной был вполне себе живым и здоровым и там на них даже не напали, то это место, как будто было отрезано от него. Этакая прожжённая сигаретой точка на карте местности.
- Меня удивляет другое, - пропуская вперед Джейка, но продолжая стаять, отозвался агент. – Почему там, в городе все не заражены еще, а это место выглядит так, как будто мы снова в Раккун.
Он все же пошел следом за парнем, толкнув покосившиеся ворота, которые издали не то плач, не то едкий смешок, мол – заходите, неприятности на вашу жопку ждут вас. И будь они в другой ситуации. Леон бы не отказался, но как и всегда другой смысл этой фразы так и оставался недосягаемым.
- Но, учитывая, что это место указал Вескер, то он явно желает получить этого ребенка. Не думаю, что твой отец внезапно решил открыть приют для одаренных детей.
Как показывала практика то, что хотел Вескер – обычно оказывалось в его руках. Если только поблизости не было Криса. Это было заманчивой идеей, найти девочку и отдать ее БСАА, но там ее скорее тоже убьют, как особо опасного представителя человечества. Хотя, с чего они взяли, что всему виной ребенок? Это могло быть ловушкой, подстроенной Вескером. Мол, вот этот ребенок – новый представитель вируса. А на самом деле в доме их могло ждать все, что угодно. Начиная с переродившегося Устанака и заканчивая гигантскими червями, которые сожрут их вместе с домом и близлежащими окрестностями.
В окрестностях дома все было тихо. Можно было заметить некогда красивую лужайку, садовых гномов и тому подобную шелуху. Как будто тут жила счастливая семья из американской мечты о белом штакетнике. Переглянувшись с Мюллером, Кеннеди взашел на крыльцо и приложился плечом о дверь, доставая пистолет. Кивнув, он вышиб вход в дом и одновременно с напарником зашел внутрь.
Что же, прихожая встретила их давящей тишиной и странной плесенью на стенах. Тут было темно, даже несмотря на то, что позади остался светлый день. И в очередной раз, Леон подумал о том, что это место вырвано из, привычного ему, места и перенесено сюда. Почти, как его ощущения во сне, но сейчас это точно был не сон. И американец решил, что проще всего будет списать это ощущение на долгое время без сна. Он не боялся вырубиться где-то здесь на полу, потому что все же его организм периодически отдыхал, не терзаемый видениями, но это был один случай на миллион.

0


Вы здесь » Crossover Apocalypse » Я тебя ни на кого не выменял » We’re gonna play another game, you and me.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC