Однажды по инициативе Минервы МакГонагалл проводили опрос, каким образом отметить следующий день рождения директора. Требований к предложениям было всего два – мероприятие должно доставить как можно больше радости ученикам (ох, уж этот пресловутый альтруизм Дамблдора!) и не требовать значительных финансовых расходов. Читать дальше.
Вверх страницы
Вниз страницы

Crossover Apocalypse

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossover Apocalypse » Я тебя ни на кого не выменял » believe me [HP]


believe me [HP]

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

— believe me —
Lily Evans & Severus Snape.
[HP]

https://78.media.tumblr.com/ce8e2b9830772203207af6dd4a7a8e16/tumblr_ocdr0u5YQ21saagtno6_r2_540.gif

— Описание эпизода —

В результате неудачной шутки Сириуса Блэка один из учеников школы становится свидетелем того, что не должен был видеть никто. Юный волшебник Северус Снейп подверг свою жизнь опасности, попытавшись разгадать тайну одного из мародёров, и теперь находится в больнице. Только никто не хочет верить мальчику, который утверждает, что один из студентов Хогвартса - оборотень. Но разве так важно мнение всех? Главное, чтобы поверила она.

Отредактировано Lily Evans (06-05-2018 00:36:32)

+2

2

- Слышала последние новости? - Мэри плюхается ко мне на кровать, едва я открываю глаза. Подруга успела не только встать и одеться, но и разузнать свежие сплетни - и как ей только это удаётся? Другие девочки ещё копошатся в одеялах, не желая из-под них вылазить. Я сажусь в кровати, потягиваясь, а Мэри терпеливо ждёт, когда я буду готова её слушать. Она выглядит крайне возбуждённой, что говорит о том, что полученная ей информация каким-то образом может касаться меня. Учитывая, что подруга обычно с таким волнением рассказывает о новых выходках Поттера, я обречённо вздыхаю, приготовившись к очередной минутке, посвящённой главному хулигану школы.
- Выкладывай, - соглашаюсь я, спихивая Мэри с кровати, чтобы самой с неё подняться и попутно с её рассказом начать собираться к завтраку. Девушка даже не обижается, послушно вскакивая и по ходу разговора ходя за мной по пятам.
- Сегодня ночью что-то произошло, - заговорщицким шепотом начинает своё повествование подруга с весьма интригующей фразы. - Никто не знает точно, что, - продолжает Мэри, и её рассказ мне кажется всё более бестолковым. Обычно девушка очень внимательна к деталям, многие из которых придумывает сама. - Но Снейп без разрешения выбрался из замка, а потом произошло что-то, и сейчас он в больничном крыле, Почти Безголовый Ник сказал, что он был напуган до смерти, и всё время кричал что-то про волков, представляешь? - Я замираю, оглянувшись на подругу и пытаясь понять, что из сказанного она могла выдумать. - Сириус говорит, что он спятил, ну он всегда был немного чокнутым, все об этом говорят... - продолжает щебетать Мэри, принимая все слова Блэка за непреложную истину, но я уже и не слушаю её толком.
- Он сейчас в больничном крыле? - обрываю я рассказчицу на полуслове. Мне не важно, что она думает о том, что произошло, и какие слухи до неё дошли. Поговорить с Северусом будет надёжнее. На днях мы с другом в очередной раз поссорились из-за его круга общения, который мне совсем не по душе. Но сообщение о том, что он попал в беду, вмиг стирает все прошлые обиды. - Я должна пойти к нему, - уверенно заявляю я, намереваясь пропустить завтрак, но Мэри остужает мой пыл.
- Я слышала, что к нему никого не пускают, пока с ним не поговорит профессор Дамблдор, - авторитетно заявляет девушка. - Я думаю, что речь пойдёт об отчислении или каком-то наказании за нарушение правил, - рассуждает она, словно много раз уже становилась свидетелем подобных ситуаций. Эта мысль, хоть и донесённая не самого достоверного источника, заставляет меня всерьёз волноваться за друга.
За завтраком Джеймс и Сириус вели себя непривычно тихо, мне даже показалось, что они друг с другом не разговаривают. Ремуса за столом не было вовсе - но к этому все привыкли, профессор Дамблдор отпускал его навестить больную мать, и в этом не было никакой тайны. Впрочем, Северуса за Слизеринским столом я так же не увидела, что лишний раз подтверждало правдивость слухов. Кусок в горло не лез, и я еле дождалась окончания завтрака, чтобы отправиться в больничное крыло.
- К нему сейчас нельзя, - категорично заявляет мадам Помфри, преграждая мне путь.
- Мадам Помфри, пожалуйста, скажите что с ним? Ему очень плохо? - уговариваю я, глядя на даму в опрятной бордовой мантии умоляющим взглядом. Я хочу выяснить хоть что-то, меня больше всего беспокоит именно то, что я не знаю, что случилось и в каком он состоянии. Взгляд женщины смягчается, но в сторону она не отходит:
- Не переживай, милая, - её губы вздрагивают в лёгкой улыбке, - С твоим другом всё будет хорошо. Мне велено никого не пускать к нему, пока с ним не побеседует директор.
- Всё как и говорила Мэри. Остаётся надеяться, что остальные её предположения окажутся неверным. Поблагодарив женщину за ответ, я отправляюсь на занятия.
Этот день тянется как Друбблс, медленно раздувающийся в огромный пузырь. Подружки между уроками пытаются вовлечь меня в беседы, но я слушаю их вполуха, сама же мыслями совсем не с ними. Что натворил Северус? Почему он попал в больничное крыло? О чём хочет поговорить с ним Дамблдор? И поговорил ли уже?
После занятий я уже беспрепятственно прихожу во владения мадам Помфри, которая со своими обязанностями, к слову, справляется безукоризненно - кроме Сева в просторной комнате с множеством кроватей никого больше нет. Я подхожу к другу тихо, практически подкрадываясь. Меня предупредили, что юноша спит. Я присаживаюсь на стул рядом с ним, на котором, судя по всему, совсем недавно сидел директор. Некоторое время сижу тихо, глядя как безмятежно спит Северус. Он кажется мне ещё более бедным и осунувшимся. Я осторожно присаживаюсь к нему на кровать и касаюсь его руки, его веки вздрагивает в ответ на моё прикосновение, и он открывает глаза.
- Прости, я не хотела тебя разбудить, - виновато смотрю на него, хотя, на самом деле, пожалуй, хотела, чтобы он проснулся и мог со мной поговорить. - Мадам Помфри сказала, что тебе нужен отдых.

+2

3

Мародёры нарушали школьные правила из любви к искусству, и попавшись на горячем, умудрялись придумывать самые фантастические объяснения своему неподобающему поведению, заставляя Минерву МакГонагалл, отчитывая их, прятать улыбку на губах, вытянутых в тонкую нить. Снейп же не считал себя обязанным оправдываться перед Горацием Слизнортом, которого презирал, поэтому все попытки  профессора зельеварения найти провинившемуся студенту смягчающие обстоятельства натыкались на полное нежелание хоть микроскопического сотрудничества. В результате чего декан Слизерина был вынужден останавливать свой выбор на самом строгом наказании, раз уж грешник не желал ни каяться, ни объяснять мотивы своих поступков. Также Северус был уверен в том, что раз уж ему понадобилось нарушить правило, значит, оно изначально было идиотским, а спорить с дураком - себе дороже.
Зачем, например, держать в библиотеке книги, которые читать запрещено? Разве это не противоречит здравому смыслу? Поэтому, когда мадам Пинс ловила Снейпа за чтением каких нибудь "Ритуалов жертвоприношения Южной Америки с подробными инструкциями и иллюстрациями" из Запретной Секции, юный любитель Тёмных Искусств не признавался, для чего они ему понадобились, ни ей, ни декану. Если люди задают вопросы, ответы на которые очевидны, значит, эти самые ответы их априори не устраивают, и нет смысла их озвучивать. К сожалению, о том, что не всем очевидно то, что очевидно ему самому, Снейп не задумывался.
Ему, между прочим, очевидно было то, что не явиться на дуэль, коль скоро тебя на неё пригласили, - верх неприличия.  Проигнорировать вызов означало безвозвратно уронить достоинство, которое так часто подвергалось регулярным падениям, что будь оно фарфоровой чашкой, промежутки между трещинами были бы не толще волоса. А запрет покидать свои спальни после отбоя Снейп, будучи записной совой, нередко встречавший рассвет после бессонной ночи, всегда полагал несусветной глупостью. Место, конечно, было выбрано, прямо скажем, не слишком удачное - Воющая Хижина место подозрительное, - но Снейп решил, что Поттер вознамерился таким способом взять его на "слабо". Слизеринец не собирался доставлять удовольствие самовлюблённому гриффиндорцу, давая последнему повод обвинить Снейпа в трусости. Поттер наверняка выбрал Визжащую Хижину в качестве места встречи, понадеявшись, что Северус побоится отправиться ночью в пристанище призраков. В записке, неведомым образом оказавшейся в сумке с учебниками, подробно описывалось, как добраться до дома с дурной славой через лаз под гремучей ивой. Даже нужный сучок, успокаивающий агрессивное дерево, был указан.
В тоннеле было темно и Снейп достал волшебную палочку, освещая путь. Вот и вход в развалюху с забитыми досками окнами. Юноша не ожидал, что доберётся так быстро, поэтому оказался здесь раньше назначенного времени. Недолго думая, он отпер дверь с помощью Alohomora. В свете полной луны, едва пробивающейся сквозь трещины в рассохшейся древесине Снейп заметил краем глаза метнувшуюся к нему чёрную тень, а следующие несколько минут напоминали кошмар наяву.
На юношу обрушился хаос клыков, когтей и звериного рыка. Скорее машинально, чем осознанно, волшебник бросил в неизвестном направлении Everte Statum, которое не возымело действия. Северус был готов распрощаться с жизнью, но вдруг его схватили за шкирку, словно щенка, а в комнате - Снейп мог бы в этом поклясться, - раздался громкий лай. Неизвестный вытащил слизеринца из хижины, как мандрагору из горшка, и швырнул в тоннель, подгоняя:
- Быстрее! Беги! - рассудив, что не слишком-то уважительно отданный приказ в любом случае совпадает с его собственными намерениями, Северус подчинился. Каково же было его удивление, когда спасителем оказался Джеймс Поттер собственной персоной. Стоя под Гремучей Ивой, Снейп отлично рассмотрел ненавистное лицо гриффиндорца.
- Так вот зачем ты прислал мне записку? - процедил Снейп, - решил скормить меня оборотню?
- Не присылал я никаких записок, - огрызнулся Поттер, - и нет никаких оборотней, - добавил он после паузы.
- Держишь меня за идиота? - фыркнул Снейп, хромая за идущим быстрым шагом Поттером, очевидно, забывшим, что слизеринец только что вырвался из живой мясорубки.
- Я спас твою никчёмную жизнь, Сопливус, - выплюнул Поттер, - но в твоём словарном запасе, разумеется, слов благодарности не нашлось.  Думал тебя сопроводить в Больничное Крыло, но, раз уж ты такой умный, сам дорогу найдешь, - гриффиндорец скрылся в тенях деревьев. Спустя минуту Северусу послышался цокот копыт, но молодой человек решил, что это галлюцинация от болевого шока. Идти к колдомедикам Снейп не собирался, думая, что справится своими силами - лечебные зелья по его мнению были одними из наиболее лёгких в приготовлении. Но на полпути в родную гостиную его остановила Помона Спраут, возвращавшаяся из оранжереи, где ухаживала за цветами папоротника, как известно, распускающимися только ночью.
- Что вы здесь делаете в такой поздний час? - мягко спросила полноватая женщина и тут же забыла про комендантский час, разглядев на одежде и лице студента багровые пятна.
- Это что, кровь? - ахнула она и сию же секунду потащила  Снейпа к мадам Помфри. План вернуться в гостиную незамеченным с треском провалился. Медсестра порхала над пострадавшим, как гиппогриф над птенцом. Северус пытался донести до мадам Помфри, что не испытывает необходимости в столь навязчивой заботе (он сносил побои Тобиаса и некоторые результаты жестоких розыгрышей Поттера сотоварищи, не обращаясь за врачебной помощью) но Гиппократ в юбке был непреклонен. Даже директору, желавшему провести с юношей наедине около часа, пришлось убежать её, что это никоим образом не повредит его здоровью. Несмотря на обещания Дамблдора, сложный разговор Снейпа утомил (а может, наконец, сказалась потеря крови и недостаток ночного отдыха) и слизеринец провалился в сон, обрушившийся на него бессмысленной мешаниной пережитых событий, которая прервалась знакомым голосом - пожалуй, единственным, которому Северус был рад.
- Мадам Помфри была бы счастлива, если бы  её пациентами были египетские мумии, - проворчал Снейп, - которые не шевелятся в своих саркофагах. И я себя как раз чувствую именно такой, - он приподнялся и сел на постели, так что стало видно бинты, обматывавшие верхнюю часть тела.
- Я надеялся, что ты придёшь, -  узкие губы изогнулись в подобии улыбки, - ещё немного и я бы умер от скуки.

Отредактировано Severus Snape (17-05-2018 16:25:09)

+1

4

Северус выглядит бледным, но вроде бы вполне живым, что не может не радовать. К тому моменту, как мне позволили сюда прийти, я много всяких сплетен успела наслушаться – и что у него была тайная дуэль то ли с Поттером, то ли с Блэком, и что он пошёл в Запретный лес, и его затоптал кентравр, и что поспорил со слизеринскими товарищами, что сможет добыть ботинки Хагрида, и огрёб от Клыка. Кто-то считает, что он жалкий симулянт, кто-то – что он при смерти, а кто-то – что его вот-вот исключат из школы за нарушение правил. Я старалась не прислушиваться ко всем этим слухам в надежде, что скоро сама смогу обо всём у него спросить. Ну и, разумеется, в надежде, что он всё-таки не при смерти. Никого всерьёз не беспокоит судьба асоциального мальчишки из слизеринского факультета, даже его товарищи не выглядели ничуточки взволнованными, в то время как я не находила себе места. Больше всего меня страшило, что события этой ночи как-то могут быть связаны с его планами после школы примкнуть к сторонникам Тёмного лорда.


- Я видел кровь на первом этаже недалеко от оранжереи, – делится Тоби с Хаффлпафа в перерыве между занятиями. Юноша успел собрать вокруг себя кучку восторженных слушателей очередной невероятной байки о происшествии с Северусом. Девочки начали перешёптываться и глупо хихикать, что не может не вызвать у меня раздражения. – Её было много, и я уверен, что это была кровь единорога! – окружавшие его студенты взбудораженно зашептались, я же окидываю оратора скептическим взглядом, который, впрочем, благополучно игнорируется. – Думаю, Нюниус - (прижилось всё-таки, ох уж этот Поттер!) – выбрался ночью в Запретный лес, чтобы добыть кровь единорога, - авторитетно высказывает он предположение, радуясь, что оказался в центре внимания.

- И зачем ему понадобилась кровь единорога? – спрашивает внезапно возникшая по правую руку от меня Стефани. Девушка поправляет очки на переносице кончиком волшебной палочки – забавная привычка, - и, пользуясь всеобщим замешательством, продолжает. – Причинение вреда единорогу влечёт за собой страшные последствия, вплоть до проклятия, это большой риск, для этого нужен серьёзный повод. – Стеф, обычно довольно тихая и скромная, а так же далёкая от всяких школьных сплетен, сейчас выглядит просто неотразимо. Я прекрасно понимаю, что сама подруга не сунулась бы в дискуссию, посчитав болтовню хаффлпафца не заслуживающей внимания чушью. Возможно, катализатором послужило выражение моего лица.

- Да он же чокнутый, кто его знает! – тут же пошёл в оборону Тоби. Быстро сообразив, что против логики Стеф ему будет идти сложно, он решил сыграть на всеобщей неприязни к Северусу остальных студентов. – Вечно бормочет всякие странные заклинания, называет нас грязнокровками – он нас ненавидит. Может, он добывал кровь для Того-Кого-Нельзя-Называть, чтобы он стал сильнее. – На этот раз одобрительных возгласов не следует, только согласное шушуканье. Видимо, новая компания Сева успела наложить отпечаток.

- Как ты понял, что видел кровь именно единорога? – не выдержав спрашиваю я, будучи уверенной на сто (ну почти) процентов, что он врёт. Тоби не очень умён, и больше внимания уделяет квиддичу, чем зубрёжке. – Она была ярко-желтая, как жидкое золото? – подсказываю я, видя, что он замешкался и ищет взглядом помощи у окружающих.

- Эээ… Я точно не помню, было темно, - пытается выкрутиться юноша, но понимает, что под таким предлогом он точно не может утверждать, что кровь принадлежала именно тому существу, о котором он говорил столь уверена. – М… кажется, да, именно такая, как золото – точно, я вспомнил, - уверенно заявляет он, вызывая усмешку на губах Стэф.

- Пойдём, Лили, пусть шут продолжает тешить публику, - Стэфани берёт меня под руку и уводит из толпы собравшихся студентов, которые тоже начинают расходиться, тихо посмеиваясь над покрасневшим от возмущения юноши.. – Читай учебники, Тоби, - выкрикивает Стэф напоследок, прежде чем мы скрываемся в классе.


Сев недовольно ворчит, пытаясь сесть в кровати. Он сравнивает себя с египетской мумией, и я сразу понимаю, почему, заметив бинты. Я обращаю внимание, что он чуть морщится – неужели больно? Это что за повреждения такие, что за целый день волшебными снадобьями не удалось залечить? Версия с кентавром уже не кажется такой уж безумной. Я крепче сжимаю его руку, даже вовремя не сообразив, что нужно ему помочь. Но когда эта мысль посещает мою голову, помощь уже не требуется. Он жалуется, что едва не умер от скуки без моего присутствия, и я тут же вспоминаю, сколько вопросов я хотела ему задать, пока пребывала в неведении об истинном его состоянии.

- В школе поговаривают, что ещё немного, и ты в принципе бы умер, - замечаю я, понимая, что в голосе проскальзывают нотки праведного негодования, навеянного беспокойством. – Я очень волновалась! Расскажи мне, что произошло, - не сумев сдержать требовательный тон, прошу я, сверля его серьёзным взглядом своих зелёных глаз. Я правда рада, что с ним всё в порядке – хотя бы, относительном. Но мне кажется, что в данном случае я слишком взбудоражена, чтобы сколько-нибудь бурно проявлять эту радость. – Это правда, что ты ночью покинул территорию школы? О чём с тобой говорил Дамблдор? Тебя же не отчислят? – вопросы сыпятся из меня бесконечным потоком, и я тараторю их все подряд, не дожидаясь ответа отдельно на каждый, словно опасаюсь, что, если не задам их все сейчас, то иной такой возможности просто не представится, или же я сама забуду всё, что хотела спросить.

0

5

- Никто бы не расстроился, - буркнул Сев. Однажды по инициативе Минервы МакГонагалл проводили опрос, каким образом отметить следующий день рождения директора. Требований к предложениям было всего два – мероприятие должно доставить как можно больше радости ученикам (ох, уж этот пресловутый альтруизм Дамблдора!) и не требовать значительных финансовых расходов. Поттер с энтузиазмом рассказывал всем и каждому, что придумал наилучший способ отпраздновать юбилей, а именно – отравить Нюниуса. Бюджет, видите ли, составит всего лишь стоимость ингредиентов, а ликованию всех обитателей Хогвартса не будет предела. С лёгкой руки гриффиндорского болвана совершенно несмешной анекдот разошёлся по всей школе, так что даже слизеринцы пересказывали его друг другу, хихикая у объекта насмешек за спиной. Самой отвратительной в этом образчике чёрного юмора была его правдивость: Снейп не был уверен, что даже родители будут долго горевать по поводу его скоропостижной кончины. Отец так и вовсе напьётся, чтобы отметить благословенный факт отсутствия отпрыска, не устраивающего Тобиаса ничем, начиная магическими способностями и заканчивая неумением держать язык за зубами.
Эванс, конечно, возмутилась, утверждая, что переживала насчёт благополучия друга, но в плохие дни, вроде сегодняшнего, внутренний голос молодого человека нашёптывал ему, что у девушки в избытке подруг и приятелей. Отлучку одного из них она легко сможет заменить общением с другими. К тому же, лицемерную вежливость никто не отменял. Каким бы глупым, злым и нелюдимым ни был человек, открыто заявлять о своём равнодушии к его смерти решится не каждый. Большинство нацепит траурную маску, что прикроет внутреннюю пустоту и страх оказаться на месте мертвеца.
Подобную фальшивую скорбь Снейп ненавидел, пожалуй, даже больше, чем открытое пренебрежение к чужим бедам. Вот и мадам Помфри, кудахчущая над ним, словно диринар, проявляла заботу скорее по профессиональной привычке. Разве можно жалеть всех, кто попадает в Больничное Крыло? Этак никакого сострадания не хватит. В конце концов, каждый заботится в первую очередь о себе. Это логично. А тот, кто ожидает от других проявлений сочувствия, наивен и не приспособлен к жизни.
- Только не говори никому, - и без того достаточно дурацких слухов, - а то все снова решат, что я псих, - люди с лёгкостью развешивают ярлыки сумасшедших на тех, кто додумался до того, на что не хватило мозгов им самим. Например, некоторые ученики, - ну и кусок скучечервя! - были уверены на сто процентов, что все заклинания придуманы до них, и от них требуется лишь изучить нужные движения и слова, а ничего нового в этой области быть не может. Разумеется, они же поднимали на смех юного исследователя, у которого из десяти попыток найти нужные жесты и формулировку успехом увенчивалась лишь одна. Кстати, ещё и по этой причине Снейпа удивляло неизменное терпение мадам Помфри, которая ни разу не упрекнула его за очередное случайное самовредительство.
- Зачем тебе это нужно? - удивлялся Эйвери, не в первый раз разгребая последствия эксперимента.
- Это интересно, - отзывался мрачно Сев, чувствуя себя, словно лауреат Нобелевской премии, объясняющий рыночному торговцу прелести научной работы.
- Ты, как малолетний карапуз, который суёт пальцы в горелку под котлом, - ржал Мульсибер. Он был уверен, что Снейп не обладает чувством юмора, так как тот не смеялся ни над одной из потрясающих шуток сокурсника. Эти двое, хотя и считались товарищами Северуса, не то, что не пресекали, а далее служили неиссякаемым источником сплетен, одна другой бредовее. Если бы Северус был склонен к сочинительству, а не к сухому конспектированию собственных изысканий, то мог бы начать коллекционировать выдумки приятелей с целью продать их в будущем какому-нибудь издательству или писателю-фантасту в качестве сборника нетривиальных идей. Стараниями Мульсибера и Эйвери Снейп и поднимал из могилы труп своей прабабки, и сооружал гомункула из конфеток Берти Боттс, и варил мопсово зелье, и дрессировал бумсланга. История о сражении с оборотнем в Визжащей Хижине вполне себе вписывалась в этот ряд чудовищных рассказов, достойных пера Эдгара По, так что просьба Дамблдора не распространяться о происшедшем была излишней: Снейпу бы не поверили, как тому герою притчи, что любил забавляться над пастухами, крича, что видел волка. Кроме Лили, которая обладала даром, не менее волшебным, чем способность вызывать огонь, - умение чувствовать правду.
- Я действительно выходил после отбоя, - нехотя признался Снейп, - вот нечего на меня так смотреть, это не моя вина. Это всё подстроили, - он сам ещё не полностью разобрался в случившемся, а директор ограничился обтекаемыми фразами, допускающими разнообразные трактовки, - кто-то из компашки Поттера. Но не он сам, - Снейп закусил губу, сомневаясь, нужно ли рассказывать Лили о том, что гриффиндорец его спас, - он помог мне, - Северус произнёс эту фразу, словно утверждая, что солнце взошло на западе, дождь полился снизу вверх, а кролик сожрал удава.
- Директор сказал, что никого не отчислят, - с досадой произнёс юноша, который был бы весьма доволен, если бы весь квартет погнали поганой метлой из Хогвартса, - мол, если бы я отправился в Запретный Лес и наткнулся на, допустим, акромантулов, то это не стало бы поводом уничтожить или переселить существ, которые никого не трогают, если их не беспокоят. Вот и мне, и никому другому не стоит больше ходить в Визжащую Хижину в полнолуние. Смекаешь, о чём я?

+1

6

Мне всегда казалось, что главный враг Северуса - он сам, он даже не позволяет никому узнать его лучше. Я ведь знаю, что у него есть множество качеств, достойных уважения и восхищения - он умный, изобретательный, творческий, и хотя шутки у него далеко не всегда удачные, у него приятный смех - мне так кажется. А ещё он мечтатель, правда, мечты его в последнее время больше пугают меня, чем восхищают, но это не его вина, а той компании, с которой он связался, верно ведь? И я бы не удивилась, если бы именно эта группа слизеринцев стала причиной его сегодняшнего присутствия в больничном крыле. Я с детства считала, что он может стать великим волшебником, возможно даже уважаемым учёным, если перестанет вести себя как дикий волчонок и сумеет подтянуть свои социальные навыки. Но сколько бы я ни билась над этим, Сев слишком привык к своей роли изгоя, и она стала играть за него самого. Когда я пыталась знакомить его со своими новыми друзьями, Снейп, сознательно ли или же неосознанно, делал всё чтобы оттолкнуть от себя новых людей. Даже спокойная и деликатная Стэф выключается из разговора, когда речь заходит о Севе - ни расстраивать меня не хочет, ни поддержать не может. Но я продолжаю верить, что есть шанс для друга показать себя с других сторон, которые он позволяет видеть почему-то только мне. Вот и сейчас он говорит, что никто бы не расстроился, если бы он погиб, но ведь это неправда.

- Я не никто, - фыркаю, убирая свою руку от его тонких длинных пальцев. Но эта мелкая обида никак не умаляет моего беспокойства, поэтому вопросы мои никуда не деваются и множатся с каждой секундой, но я умолкаю, понимая, что, во-первых, если я всё время буду осыпать его вопросами, у него не будет возможности ответить хотя бы на один, а во-вторых, возможно, большая их часть отпадёт по ходу его рассказа. Юноша заговорчески просит никому не распространяться о том,  что он сейчас расскажет. В ответ я лишь склоняю голову набок и смотрю на него со справедливым укором. Как будто я когда-нибудь слыла сплетницей!

Видимо, удовлетворившись моей реакцией, Сев начинает свой рассказ, который едва ли можно было бы назвать плавным и последовательным - я едва улавливаю суть, если вообще улавливаю. В отличие от нас с сестрой Снейп не ходил в маггловскую школу, и ему не приходилось писать сочинения на тему, возможно, поэтому он изъясняется обычно коротко, сжато, не ударяясь в витиеватость образов, словно экономя слова. Сейчас, ко всему прочему, юноша заметно нервничает. Я едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза - речь опять о Поттере и его дружках. Бесспорно, они то ещё хулиганьё, и многие студенты и преподаватели  успели с ними намучиться, но Сев ненавидит эту компанию столь сильно, что мне иногда становится страшно за него. Но я не перебиваю, опасаясь, что, если скажу что-то, что ему не понравится, он обидится, и вытягивать дальнейший рассказ придётся путём долгих уговоров и обещаний на этот раз слушать внимательно. Наученная не единичным опытом, я решаю пропустить эту стадию диалога, поэтому никак не выказываю своих истинных эмоций. Тем более, я практически лишаюсь дара речи, когда друг признаётся, что Поттер его спас - об этом даже среди учеников никто ни разу не упомянул, хотя, мне кажется, что подобная новость точно стала бы сенсацией. Но я уверена, что Сев не врёт. Кто-кто, а уж он точно не стал бы делать из Поттера героя просто так, без действительно существенных на то причин.

Я хмурюсь, когда он, не рассказав подробностей своей вылазки и роли Джеймса во всей этой истории, перескакивает сразу к вопросу об отчислении. Только вот толкует не о себе, а о ребятах, именующих себя мародёрами. По правде говоря, вопросов у меня теперь ещё больше, чем ответов. При чём здесь вообще Визжащая Хижина? Она же даже не на территории школы! Неужели Сев умудрился ночью пробраться аж в Хогсмид? Я бестолково хлопаю ресницами в ответ на его "смекаешь?"

- Если честно, то не очень, - осторожно отвечаю я, предварительно попытавшись привести свои мысли в порядок, и данную попытку весьма сложно назвать успешной. Я удобнее устраиваюсь на краю кровати, чуть подвинув друга. - Так, давай сначала. - Приключение Северуса оказывается гораздо интереснее и загадочнее, чем об этом говорят в коридорах школы, даже если брать во внимание самые безумные версии. - Как ты вообще оказался в Визжащей Хижине? Это же за пределами территории школы. И что там делал Поттер? И откуда у тебя все эти раны? - Я снова останавливаю себя, понимая, как безумно всё это звучит. Но зачем ему врать? Тем более мне. Едва ли эту небылицу собирался выдать за официальную версию директор, беседовавший с Северусом до меня. Или же это такая шутка? Нет, пожалуй, это исключено. Сев едва ли стал бы шутить подобным образом. - Что произошло ночью, Сев? Расскажи мне, - я понимаю, что времени у нас не так много, мадам Помфри может попросить меня уйти в любой момент и будет права - её пациент ещё слишком слаб, и ему нужен отдых.

+1


Вы здесь » Crossover Apocalypse » Я тебя ни на кого не выменял » believe me [HP]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC