Оно же ведь как бывает — вы смотрели фильмы ужасов? Я смотрела. Иногда вместе с Леоном. Мы делали попкорн в выходные, устраивались на кровати и включали плазменный телевизор. DVD-проигрыватель с урчанием проглатывал диск, кто-то из нас нажимал кнопку “Play”.Читать дальше.
Вверх страницы
Вниз страницы

Crossover Apocalypse

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossover Apocalypse » Я тебя ни на кого не выменял » Жёлтый и громкий


Жёлтый и громкий

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

—  Жёлтый и громкий —
Alex Yu, Morgan Yu.
[Prey]

https://i.imgur.com/eTV9IU0.jpg

+2

2

На станции будет около трехсот людей —  это в десять раз меньше, чем в  крупном торговом центре в будний день. Условия космоса и полной изоляции от внешнего мира также не способствуют душевному комфорту. Нужно позволить сбрасывать напряжение, развлекаться, проще говоря».
Алекс не слишком доверял психологам, но эти доводы Матиаса Келя и его коллег  еще на Земле показались разумными. В  рекреационный отсек вложились со всем транстаровским размахом. Бар, танцпол, караоке. Наверное, это весело.
Сам президент заглядывал в «Желтый Тюльпан» нечасто. Слишком занят, слишком шумно в самом «Тюльпане»; предпочитал держать некоторую дистанцию —   к тому же понимал, что его присутствие будет сковывать остальных. Никто не любит веселиться перед носом у начальства.   И так далее.   
Хотя, вон у Моргана получалось как-то стать «своим», несмотря на статус вице-президента.  Но у Моргана вообще все получалось словно играючи.
И брат точно не видел никакой проблемы  в том, чтобы проторчать целый вечер в клубе. Алекс отыскал примерно три предлога отказаться (мне нужно составить отчет для совета, проверить данные по прибыли за прошлый месяц и —  самый лучший:  «Морган, ну оставь меня в покое!»)
Но в результате сдался.
В «Желтом Тюльпане» было… именно так, как Алекс и думал. Шумно. Толпа людей, которые, конечно же, оглянулись на них —  что поделать, незаметным у Алекса быть не получилось бы при всем желании. Разговоры предсказуемо стали тише, отчего музыка выступила на первый план. Социальные ритуалы подразумевали кивнуть, поздороваться, пожелать приятного вечера.
- Ну и зачем? - осведомился Алекс у брата, уже выбрав удобный диван в углу. - Если ты хотел выпить, это можно сделать наверху.
Он имел в виду смотровую площадку у своего кабинета —  самое красивое место на Талосе. В телескоп можно было разглядеть базу «Пифей» на Луне, и только что не щиты «Транстар» с личным приветом от Райли.  Хотя она скорее написала бы что-то вроде: «Прекрати за мной шпионить, дорогой кузен».
Но даже без телескопа ощущение бесконечности космоса и близких звезд завораживало спустя месяцы, как в первый день.

+2

3

Орбитальная станция «Талос-1» напоминает улей, что никогда не спит. Разумеется, регламентом установлены и часы работы, и часы отдыха для каждого члена экипажа. Более того, для этого самого отдыха на станции было множество вариантов: кинотеатр, бар, спортивный зал, бассейн – всё, что только душа пожелает. Ко всему перечисленному выше у каждого работника был доступ в любое время дня и ночи. Руководство ТранСтар без малейшего сомнения вкладывалась в комфорт для своих сотрудников, считая, что именно подобные условия труда наиболее благотворно повлияют на результаты. Впрочем, наверняка нашлась бы пара-тройка тех, кто обвинил бы компанию в лицемерии, в попытке обернуть в красивую обёртку всё, что на самом деле не укладывалось в рамки простейших морали и нравственности.
Зато Морган знал наверняка – ещё ни одна из беспрерывно трудящихся пчёлок не отказалась от того, чтобы пропустить стаканчик чего-нибудь крепкого в «Тюльпане» или затеять игру, пользуясь тем, что посреди рабочей смены появилось несколько свободных минут, чтобы повалять дурака. Разумеется, это влияло на работоспособность команды и, следовательно, результативность проводимых работ куда больше, чем работа без выходных.
И знал Морган наверняка о существовании одной такой вечно работящей пчелы, что без определённой мотивации никогда свой улей не покинет. Алекс всегда держался более обособленно; вечно занятый, вечно глубоко в себе, старший не слишком охотно вёлся на разного рода авантюры, что, впрочем, никак не облегчало его участь: младший не собирался сдаваться без боя и оставлять брата в таком желанном покое. И, стоило признать, страдальческое выражение лица Алекса, как правило, с лихвой покрывало все умственные и моральные затраты, брошенные на преодоление непреступной крепости в виде упрямства его старшего брата.
Впрочем, Морган совершенно точно соврёт, если скажет, что сам часто выбирается в люди, чтобы просто расслабиться. Обычно для этого хватает стакана-другого виски в собственном кабинете или в каюте. Может, если день выдался особенно тягомотным и трудным, он сыграет несколько раундов в видео-игре, а потом просто завалится спать. Но, как сказал некто мудрый: «Отдых – это, прежде всего, смена деятельности». И он мужественно собирался вытащить из зоны комфорта старшего, а заодно выгулять и себя самого.
— Ну и зачем? — вопрос, о который способен поломаться, казалось бы, совершенно любой, самый продуманный аргумент. Правда, у Моргана был припрятан свой собственный контраргумент, простой и изящный, описывающий всё, что стоило бы знать о его позиции в этой жизни.
- Я так хочу. – звучит совсем немного категорично, но он знает, что иначе брат и не согласится, не пойдёт на попятную, не уступит. Как знает и то, что порой действительно имеет смысл поднажать, чтобы получить желаемое. А он очень хочет отдохнуть сегодня как следует.
В «Тюльпане» шумно, как и всегда. В нём людно и довольно бодро, будто бы и не было никакой тяжёлой смены до этого. Будто бы в принципе существует только здесь и сейчас. В «Тюльпане» можно хотя бы на секунду забыть о том, что за станция – одна большая коробка, повисшая в невесомости. В неизвестности. В холодном космосе и обитающих в нём тенях, о которых в этом самом здесь и сейчас Морган думать категорически не имеет ни малейшего желания. Он толкает брата локтем в бок, призывая расслабиться и получать удовольствие. Другого выбора у него всё равно нет и не будет.
- Занимай столик, я принесу что-нибудь выпить. – он отправляется в сторону бара, краем глаза поглядывая за тем, чтобы старший не решил свалить, пока за ним не смотрят.

+2

4

Запомнить поименно триста с лишним человек —  вовсе не такая уж невыполнимая задача, когда ты видишь только их на протяжении месяцев и месяцев. И когда ты стараешься предусмотреть все возможные неприятности под общим знаменателем «человеческий фактор».
У Алекса было правило: он старался по возможности не мешать подчиненным, пока они не  творили нечто запрещенное правилами. Причем, на мелкие нарушения закрывал глаза —  люди не идеальны, иначе бы они не были людьми.
Здесь, в «Тюльпане», кто-то становился собой, а кто-то играл на публику. Алекс поздоровался с Гансом Келструпом и его приятелем Тревором Янгом, последний так и не сдал отчет еще за прошлую неделю. С ними же сидела технический директор Ильюшина —  и Алекс невольно глянул на брата, мол, ты вроде бы с ней заигрывал, может, уделишь внимание девушке, а не брату. Эта попытка бегства натолкнулась на непроницаемое морганово: «Я так хочу».
Аргумент, с которым не поспоришь.
Алекс миновал уединившихся за столиком Фой и Шоу, обе проводили его не слишком восторженными взглядами, а он сделал вид, что вообще не видит.
За барной стойкой рассказывал всем желающим и не очень, вероятно, приличный анекдот Беллами.
«Талос» давно стал заодно своего рода социальным экспериментом. Загони триста человек в изоляцию, и посмотри, не перегрызут ли друг другу глотки. Алекс порой нарушал моральные нормы, в том числе,  касающиеся свободы мыслей и прав на тайну, но, по крайней мере, все еще никто не устроил перестрелку где-нибудь в главном холле. Он ведь мог считать это собственной заслугой, правда?
Хотя и стоило еще раз посмотреть те данные Келя о результатах психологической экспертизы. Вполне возможно, кое-кому все же придется удалить нейромоды и отправить домой, и это все еще более гуманное решение, чем риск пресловутой перестрелки. Или еще какой-нибудь глупости.
Ах да. Морган же позвал развлекаться
- Мне как обычно, - сказал брату Алекс, выбирая один из удобных столиков с широкими диванами.  «Старый Сардар» с его мягким сладковатым вкусом и ванильными нотками был тоже частью «Талоса».
Иногда Алексу казалось, что вернись он на Землю, толком не будет знать, что делать. Это не так — он неплохо справлялся прежде, просто вне станции всегда был кто-то еще, кто диктовал ему, что делать. Совет инвесторов, например. Родители.
Выбранное место было немного в стороне от прочих —  поэтому подходило идеально. Голоса и музыка смешивались в нечто цельное.
- Ладно, а теперь выкладывай свои гениальные планы, - сказал Алекс вернувшемуся брату. - Только предупреди, нужно ли мне сначала выпить, а уже затем слушать, или все же можно наоборот.
Морган оставался одним из самых непредсказуемых факторов «Талоса».
Но без него было намного, намного хуже.

Отредактировано Alex Yu (04-12-2018 17:32:54)

+3

5

Несмотря на тот факт, что старший брат всем своим существом является воплощением стабильности и надёжности, он всё равно не всегда мог предугадать, как именно работает голова, так сильно отличающаяся от его собственной. Но одно Морган знает точно – старшенький испытывает буквально болезненную необходимость держать всё и всех в округе под полнейшим контролем. Как знает он и то, что подобный подход к работе рано или поздно принесёт свои плоды – становиться свидетелем нервного срыва и вообще находиться в этот момент где-то в зоне досягаемости Моргану хочется меньше всего. А, значит, несанкционированный выброс стоит нейтрализовать ещё задолго до того, как о его вероятности может прознать непосредственно любитель всё держать в себе.
Впрочем, в этом его сложно упрекать – никогда нельзя знать наверняка, какую деталь окружающие предпочтут вывернуть наизнанку, выставив на всеобщее осуждение. И, хоть в его глазах попытка спрятаться ото всех в собственной «крепости» на территории Дендрария не имела никакого смысла, старшему он ничего не говорил – пусть наблюдает за тем, как всё работает, если хочет. Чужая паранойя далека от интересов самого Моргана. Куда веселее наблюдать за тем, как редкостный параноик пытается адаптироваться под гудящий и шумящий улей, сейчас до отказа наполнивший «Тюльпан»: он не особенно всматривается в чужие лица, не заинтересован он и тем, кто и чем занят. Даже директор Ильюшина сейчас не вызывает должного интереса, с ней он обязательно пересечётся позднее, когда основная миссия будет, наконец, выполнена. А основная миссия, собственно, состояла в том, чтобы каким-то невообразимым способом вытащить из своей непробиваемой скорлупы одного хорошо всем известного параноика. И он был готов бросить все свои силы и ресурсы, чтобы осуществить задуманное. Даже если для этого потребуется влить в старшего брата большую часть запасов бара. Впрочем, что-то ему подсказывало, что столько алкоголя тратить не придётся – старший достаточно измотан сложным трудовым днём, от внимательного взгляда не укрывается и некоторая нервозность – ему явно было бы комфортнее в своём кабинете-крепости, а не посреди разномастных сотрудников, а, значит, работа пойдёт куда быстрее и легче. Нужно было только подтолкнуть.
О, Морган знал в этом толк. Как прекрасно знал и то, что брат не сможет отказать ему в задуманном. Может, потому, что в глубине души хочет, чтобы его вот так пот подталкивали к выходу из зоны комфорта. А, может, причина кроется в чём-то совершенно ином – с этим можно разобраться и позже. Сейчас важнее то, какой напиток оказывается в его руках. И с какой скоростью Алекс опустошит стакан и отправит его за новой порцией. А после уже можно будет и разрабатывать дальнейшие действия.
Он усаживается за стол, хмыкая себе под нос – брат не изменяет собственным привычкам, выбирая место, что больше остальных будто бы отрезано от зала. Уединение и тишина. Это то, что сегодня вечером Алексу не светит.
- Я хотел, чтобы ты хотя бы на один вечер выбрался из своего логова и просто отдохнул. – это отчасти было правдой, ведь он прекрасно знал, что старший брат вкладывается в свою работу нисколько не меньше остальных, более того, он взваливает на свои плечи непомерный груз управления всей станцией и поддержания на ней порядка, а это дорогого стоит. Сам Морган никогда бы на такую работу не согласился, не смог бы тратить каждый день своей жизни на то, чтобы следить за тем, кто и как выполняет свою работу, погрязать в извечной бюрократии и света белого не видеть.
Он разводит руками только, мол, видишь, как всё на самом деле просто, но знает, что такое дешёвое театральное представление не успокоит бдительность того, кто с любой стороны привык ждать подвоха.
- Просто сиди здесь и расслабляйся. – на настоящий момент этого будет более чем достаточно. Они могут посидеть, поболтать, забыть обо всех заботах и вопросах по работе станции хотя бы на несколько долгих и приятных часов. Хмыкает себе под нос снова, улыбаясь и потягивая «Кингс энд вэй». – Просто дыши, Алекс.

+3

6

Ладно, если сидеть спокойно, пить хорошие напитки и никуда особенно не двигаться —  пожалуй, Алекса устраивало. Морган вон взял на себя беготню до бара и обратно. У кого, в конце концов, еще вице-президент самой могущественной в мире корпорации в официантах?
Чужое внимание может быть невероятно приятно —  если оно действительно направлено на тебя, если тобой восхищаются, если ты приносишь благую весть. Моргану не понять, почему Алекс любит официальные мероприятия — конференции и доклады, беседы с журналистами, эксклюзивные интервью.
Он никогда не приписывал себе заслуги других, но охотно выходил под свет прожекторов, словно говоря: да, это я. Мы. Я и люди, которые шли за мной, которыми я управлял, которые работали под моим началом. Мы сделали то, на что вы будете молиться… и платить деньги.
Однако все это имело значение в «большом мире». На «Талосе» восхищенных и преданных поклонников было куда как меньше —  главным образом, потому что мало кому нравится список из двухсот тридцати пяти правил, утвержденных президентом, за соблюдением которых тот порой следит лично.
Морган был полон энтузиазма.
Своего обычного энтузиазма, которым заражал людей вокруг себя, те становились его фанатами, не замечая никаких недостатков. Никаких правил, которые тот нарушал первым —  и что ты с ним будешь делать?
Алекс был главным его фанатом, в конце концов. У него просто не получалось выразить это достаточно хорошо. Говорить о высоких целях и грандиозных достижениях проще, чем просто напомнить брату, что тот молодец и ты любишь его.
Не получилось и теперь:
- Ну, вот я здесь и пытаюсь отдохнуть. За успехи компании, полагаю.
Что-то похожее на тост. Бурбон, по крайней мере, был ничем не хуже, чем если бы он наслаждался им на своей смотровой площадке, в полной тишине. 
- Что там с твоими новыми разработками? Ты обещал представить отчет к концу недели, уже пятница. Отец, сам знаешь, не любит, когда что-то идет не по графику —  да и я тоже, - Алекс, впрочем, говорил совершенно спокойно, он даже откинулся на спинку дивана, действительно пытаясь расслабиться.  Несколько взглядов все  еще перехватил —  но уже менее настороженные. Морган прав, нужно иногда выбираться, показывать всем, что братья Ю тоже люди из плоти и крови, а не какие-то злые духи - яогуаи, властвующие над темным царством под названием «Талос-1».
- О, еще я могу тебя развлечь разговором про котировки акций, - Алекс спрятал ухмылку за новым глотком своего любимого и особым образом приготовленного кукурузного виски. Морган ненавидел все, что касалось деловой рутины —  акций, котировок, распоряжения финансовыми средствами, докладов и отчетов. Для Моргана это все было чересчур мелко, вроде возни муравьев в муравейнике; и космос, куда старший брат забрал его, стал избавлением от всей этой ничтожной ерунды. Кому, в самом деле, нужны акции, когда на расстоянии пары этажей создания иного мира?
- Ну да, конечно, дышать —  это прекрасно, но я тебя знаю: ты что-то задумал, - алкоголь оказал свое действие, пьянел Алекс быстрее, чем можно было ожидать от человека с его весом.  Хотя, не то, чтобы пьянел —  скорее немного меньше думал о том, что может случиться ужасного и как именно это произойдет.  - Рассказывай уже. Хотя если это гениальный проект, который потребует пару миллиардов компании, то я все равно еще раз подумаю позже, на трезвую голову.
Наверняка же Морган все это затеял ради какой-то своей авантюры.
Очередной, вот именно. Алексу уже просто интересно было, какой именно. Брат выглядел спокойным, выражение лица —  непроницаемым, это у них семейное, казаться совершенно лишенными каких-либо эмоций. Стоит только взглянуть на семейное фото.
Морган отличался тем, что за считанные секунды менял погруженность в себя на улыбку или еще что-нибудь.
«Что-нибудь».
Алексу, конечно, хотелось спросить: не случилось ли нечто плохое. Я могу помочь. Я все еще старший брат, который всегда может помочь.
Ну, почти всегда.
В это время Шоу и Фой решили попробовать свои силы в караоке. Они это делали определенно назло сиблингам Ю —  у той и другой вокальные данные были… ну, одним словом, хорошо, что в «ТранСтар» их брали на работу не за эти характеристики.  Алекс далеко не считал себя ценителем bel canto, но здесь даже он вздохнул. Впрочем, определенно не ему кого-либо упрекать в несовершенстве.

+3

7

Пожалуй, стоило признать, что и он сам успел устать за прошедший рабочий день, и теперь совершенно не против отдохнуть и расслабиться под гудение разговоров, заполняющих «Тюльпан» до самых краёв: то, как голос каждого члена экипажа сливается с другим, совершенно на него непохожим, превращаясь в плохо различимый гул на фоне, из которого он только время от времени мог вырывать какие-то отдельные слова. Не то чтобы Морган действительно был занят тем, что вслушивался в то, о чём говорят другие посетители – свободное время потому и являлось свободным, чтобы не обращать внимания на рабочие вопросы и посвятить всё обсуждению очередной главе приключенческого романа, название которого Морган сейчас не может вспомнить, как бы ни пытался. Зато он отлично помнит, что один такой экземпляр одиноко лежит на тумбочке около его кровати в ожидании той самой минуты, когда он сможет до него добраться и погрузиться в чтение.
Впрочем, он мог сказать со стопроцентной уверенностью, что сегодняшний вечер обещал быть гораздо увлекательнее всех космических приключений главного героя романа вместе взятых. В конце концов, ему давно уже не выпадала возможность выкинуть какое-нибудь озорство. Более того, слишком давно Алекс так охотно и так самостоятельно не торопился попасться в расставленные для него ловушки – такой момент просто нельзя упустить.
Поэтому он всеми силами делает вид, что внимательно слушает.
- За успехи компании. – кивает и тоже поднимает бокал, хотя в этом тосте компания совершенно точно никак не нуждается – успехи следуют одним за другим, и следующий совершённый прорыв – это просто вопрос времени и никак иначе, в этом Морган уверен.
- За твои успехи. И мои. Преимущественно мои. – подначивает совершенно беззлобно, дурачится откровенно и заодно проверяет, где сегодня вечером находятся границы дозволенного.
Брат и так прекрасно знает, что он нисколько не преуменьшает его заслуг – просто они лежат совсем в другой плоскости, слишком далёкой от того, что на самом деле интересно Моргану: официальные встречи, отчёты и прочие радости жизни, с которыми должен иметь дело президент – всё это вызывает у младшего нервную дрожь. И он не может представить кого-то другого, столько же подходящего для этой должности. Алекс на том месте, где и должен быть. В этом родители точно нисколько не промахнулись.
Морщится и ставит бокал обратно на поверхность стола. – О моих разработках мы сегодня говорить не будем. Отдых, братец, помнишь? Никаких рабочих вопросов. – если он будет достаточно трезв, когда вернётся в каюту, то обязательно допишет отчёт по проведённой работе и отправит, как это и полагается. Даже если и не будет достаточно трезв, всё равно всё сделает.
Он откидывается на спинку дивана и делает крайне страдальческое лицо, чтобы братец и не думал пичкать его рассказами об акциях и прочих бумажных ужасах, что живут у него в столе и терминале. Он переводит разговор в совсем другое, нужное ему русло.
- Конечно, задумал. Стал бы я просто так вытаскивать тебя в бар? – это вопрос, особенно не требующий ответа – они и так не слишком часто проводят время вместе несколько последних недель – работы довольно много, нет возможности просто засесть в кабинете или каюте за разговором обо всём и ни о чём. Морган не признает, что ему не хватает этого времени со старшим. Морган падает мордой в подушку и отключается до утра обычно, чтобы с пробуждением повторить весь день заново. День сурка, не иначе. Ха.
- Никаких миллиардов. Только ты, я и отличный вечер без разговоров о работе. – Алекс на это не купится, не поверит ни за что, но и доказательств в пользу того, что против него что-то задумали, у него тоже нет. Пусть помучается ещё немного. А потом дойдёт до нужной кондиции.
- И почему только мы не приходили на вечера караоке раньше, м? – кивает в сторону явно увлёкшихся Фой и Шоу, переводит хитрый взгляд на брата, которому явно раздающиеся завывания не приходятся по душе.

+2

8

- Конечно, твои.
Алексу незачем спорить с братом.
Они никогда не были конкурентами, не соревновались в «кто лучше». Причин много —  начиная от разницы в возрасте, когда ты сам уже поступаешь в колледж, а младший только отправился в школу, устраивать гонку «кто круче» довольно глупо. Скорее уж Райли, которая была старше Алекса всего на пару лет, немного завидовала кузену —  несомненно, считая, что это она достойна кресла президента Транстар.
Правда, позже разница в возрасте с Морганом как-то выровнялась — в пятнадцать и пять пропасть огромна, а в тридцать и двадцать —  почти нет ее. Морган перестал быть только «маленьким братом» примерно со своих четырнадцати. Алекс гордился его успехами больше, чем собственными, начиная от его победы в том киберсостязании.
Как и теперь.
И Алексу нравилось говорить о его, Моргана, разработках.
В конце концов, они до вмешательства брата проторчали несколько лет на станции —  Алекс прилетал на Землю гораздо чаще, чем теперь, изо всех сил делал хорошую мину при довольно паршивой игре. Тогда нейромоды появились в свободной продаже, но богачи не торопились соглашаться на трепанации и спинальные операции; кроме того, нейромод можно было поставить только один и без возможности убрать, если что-то пошло не так. Удаление означало фактически декапитацию.
Морган помогал с Земли, но это было не то. Другое дело, когда они вместе перевернули мир —  отсюда, с космической станции. Пять минут, болезненность в глазу, легкое похмелье несколько дней —  невысокая цена за приобретенные способности.
Впрочем, считал брат, нужно двигаться дальше.
Алекс был с ним совершенно согласен.
- Ты знаешь, - внезапно сказал он, - желтый тюльпан символизирует надежду. Когда я заказывал дизайн станции, от архитекторов и дизайнеров требовался не только хороший вкус, но и определенный интеллектуальный уровень. В конце концов, мы здесь собрали единственную стоящую элиту —  не тех, кто способен похвастаться родовитыми  предками или популярностью, а тех, кто умеет работать и понимает, что именно делает.
Если Морган не хотел обсуждать свои успехи, Алекс никогда не был против лишний раз отметить и брата, и собственные.
Почему бы и нет, в конце концов?
Приятная расслабленность от бурбона сделала его необычно готовым принимать странные идеи Моргана —  причем, не связанные с будущим человеческой расы.
- …Караоке, да. Как ты думаешь, включить в список доступных для сотрудников модов что-то с музыкой? Честно говоря, не знаю, насколько это полезно —  не сравнить с интеллектуальными способностями или продолжительностью жизни. Но вот, например, доктор Игве запросил себе копию коннектом Густава Лейтнера. А эти дамы…
Дамы увлеклись, чего уж там.
Алекс не сомневался: отчасти назло начальству. Не уволят же их за пение в караоке, правда?
Не уволят.
У Моргана выражение лица было вдохновленное. Алексу подобное почти всегда нравилось, но также вызывало некоторое напряжение: так, как именно нужно подготовиться именно ему? 
Что сделать?
- Только не говори, что собираешься присоединиться. Во-первых, почти всегда в таких случаях третий лишний, если тебя специально не пригласили на ménage à trois, но здесь определенно не тот случай. Во-вторых,  напоминаю, что хотя ты и истинный гений, но петь не умеешь. Слушай… может, все-таки в кабинет, на смотровую площадку? У меня есть все те же напитки, что и в баре. И кексы Митчелла.

+2

9

Может быть, через пять или шесть таких бокалов у Моргана бы окончательно развязался язык, заставив основательно пожалеть его обладателя о том, что он не послушал вдумчивого старшего брата – что следовало бы делать почаще – и не согласился отправиться или в директорские апартаменты, или сразу в офис брата в Дендрарии, чтобы наверняка. Через пять или шесть бокалов Морган бы обязательно перестал контролировать связь мозга и языка и разболтал брату гораздо больше, чем планировал изначально, и, быть может, в этом была бы своя прелесть: в их семье не принято говорить о том, что копошится тёмным комком где-то внутри – сомнения, разочарования и прочие эмоции должны оставаться секретом, ненужным шумом на фоне до тех пор, пока ты всё ещё в состоянии выполнять свои обязанности. Но где-то глубоко внутри Морган помнит, знает, что его брат способен выслушать, способен подставить плечо, если понадобится. Нужно только попросить. И именно с этим у него всегда были проблемы.
Через пять или шесть бокалов он бы рассказал, что он в восторге от работы на станции, но ровно настолько же и в ужасе от неё – с каждым проведённым днём на «Талос» он всё больше и больше погружается в работу, в исследования и эксперименты, а Земля тем временем неумолимо отдаляется, стирая в прах все воспоминания о прежней жизни. Детская комната ему кажется уже совершенно новой, неизведанной и очень далёкой планетой, на поверхность которой никогда больше не ступит его нога. Ночи, проведённые с книгой под одеялом, превратились в полузабытый сон, и теперь его преследуют только тени своих же фантазий, вечеров, проведённых вместе со старшим братом за какой-нибудь очередной передачей, в обсуждении самых немыслимых планов на будущее для всего человечества.
Его внимание возвращается к «Тюльпану», к завывающим на фоне дамам и тому, что говорит старший. Он ставит на поверхность стола свой бокал и думает, что ему явно уже на сегодня хватит, если он не хочет с разбега упасть в это болото сентиментальности и никому не нужных воспоминаний. Те годы прошли. И он никогда не отличался склонностью к тому, чтобы терзать себя несбыточным или давно прошедшим. Он не из тех людей, что копается в воспоминаниях. Он привык смотреть только вперёд. А сегодня он ещё и заставит гордо смотреть в будущее и старшего. Осталось совсем немного.
-….желтый тюльпан символизирует надежду – произносит старший, а Морган снова тянется к своему бокалу, одним большим глотком осушает его до дна, подумывая о том, что к чёрту всё, он не будет себе ни в чём отказывать сегодня. Не в веселье, так точно.
- А также сказочное богатство и процветание. – кивает и подумывает уже о том, чтобы из бара умыкнуть целую бутылку – всё лучше, чем каждый раз подскакивать за новой порцией напитка. – Или же измену. – хмыкает уже намного веселее. – Никогда нельзя знать на все сто процентов, верно? – предсказывать будущее по цветам – высшей степени идиотизм в глазах любого, кто хоть сколько-нибудь обезображен интеллектом, что уж говорить о них двоих, но почему-то рассуждение об этом безмерно веселит. Во всём, вероятно, виноват алкоголь.
Во всём всегда виноват алкоголь. Не тот факт, что Алексу не хватает сил или духу ответить отказом, а он знает, что братец может неплохо упереться рогом, если только посчитает это нужным. Не тот факт, что Моргану время от времени в голову приходят идеи, которые лучше не воплощать вовсе. Только алкоголь. Он ответственен совершенно за всё, что происходило и произойдёт далее. И именно это скажет в своё оправдание Морган на следующий день, если вдруг брат решит проявить чудеса упрямства и не станет разговаривать о сегодняшнем вечере. Но это всё будет завтра. А сегодня он толкает толстяка под поезд в виде караоке-центра.
Доктор Игве и его одержимость, казалось, не только самой выдающейся работой мистера Лейтнера, но и его весьма нескромной персоной Моргана интересовали мало, зато куда больше интриговало то, чем вообще закончится сегодняшний вечер.
Он переводит взгляд на увлёкшихся своим выступлением дам, долго смотрит, стараясь не вслушиваться в слова, - если это вообще были слова, а не бессвязные завывания, - раздумывая над тем, что сказал старший.
Чисто технически, Алекс был прав – использовать возможность приобрести совершенно любой навык для того, чтобы просто научиться банально попадать в ноты – верх глупости и недальновидности, простейшая растрата ресурсов. Но иметь в своих руках такую возможность и не воспользоваться ею? Ещё большая глупость.
- Быть может, это не такая уж и плохая идея. – пожимает плечами и поднимается из-за своего места, чтобы принести им двоим ещё выпивки. – Хотел бы себе что-то подобное? – оставляет брата подумать над вопросом и отправляется к бару, чтобы вернуться уже с бутылкой виски. Праздник продолжается.

+2

10

Наверняка, у любого человека время от времени возникает желание «пойти в бар и как следует надраться». Правда, Алекс давно для себя решил, что это того не стоит: хороший алкоголь, которым можно наслаждаться, словно изысканным лакомством —  это одно дело, а головная боль, тошнота и все прочие последствия похмелья —  другое. Кроме того, когда ты пьян, ты можешь наговорить либо натворить то, о чем пожалеешь после.
У Моргана сегодня, похоже, другое мнение.
Но тот отдельная история. Морган умел работать после любых экзерсисов с участием виски, словно алкоголь вообще не имел никакой над ним власти. Иногда он увлекался.
Иногда.
Но повод-то повод?
«Ты сегодня сам не свой», - Алекс уже собирался начать разговор по душам, потому что иногда это нужно. Кель хорошо выполняет свою работу, вот только у психолога еще триста с лишним человек, вице-президент —  только один из них.
Алекс остановил себя.
Морган расскажет.
Не сейчас, может, немного позже. Куда он денется от всезнающего старшего брата, в конце концов? 
«Что случилось?» —  неправильный в данном случае вопрос.
Скорее: что происходит… везде. Алекс контролирует статистические данные по психометрии сотрудников. Многие жалуются на головные боли, кошмары, хроническую усталость и еще какое-то недомогание, которого недостаточно для того, чтобы отправить домой на Землю. Иначе придется отправлять всех.
Включая Моргана —  и себя, кстати, тоже.
«Давай поговорим, а?»
Ну правда.  Ничего не случается просто так; и кажется, Алекс угадал примерный вектор тревоги Моргана. Его беспокоит работа —  что, новые идеи? Или наоборот, сомнения в том, что они делают?  Если второе, то это нормально; главное, не поддаваться.
Обсуждать работу в Психотронике в баре, где были лишние уши, плохая идея. Все же нужно увести брата наверх.
Впрочем, Морган отказался —  и вместо этого направился за целой бутылкой виски. Действительно, зачем ходить туда-сюда, если можно взять целую бутылку.
- Ты меня спросил про моды.
Алекс поймал взгляд Моргана.
Вопрос был непростым.
- Иногда я подумываю поставить себе парочку, не с музыкальной матрицей, конечно, а что-нибудь более полезное. Ускоренный метаболизм, например, - Алекс тяжело вздохнул. - Вполне вероятно, когда-нибудь так и сделаю, но пока пусть остается, как есть. Как говорится, работает —  не трожь.
Это была не ложь: полуправда.
Нейромоды —  средство контроля, помимо всего прочего. Морган об этом знал, но это не он отдавал приказы извлечь модификации, если требовалось изменить память сотрудников о том или ином событии.
- Эй, кажется, мы все же говорим о работе, Морган. Виски слишком хорош, чтобы тратить его на такие беседы.
Ладно, может, после пары-тройки «шотов» братец все-таки решится высказать все. Мог бы раньше. Алекс готов помочь — всегда.

+2


Вы здесь » Crossover Apocalypse » Я тебя ни на кого не выменял » Жёлтый и громкий


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC