Я замолчала, как и все вокруг. Хотелось ухмыльнуться, глядя на то, как миссис Хайфаер стиснула губы так, что они побелели, но больше на уроке она ко мне не лезла. Ну и хрен с ней. Я переехала в этот чертов городок буквально месяц назад. Все началось с того, что предки вдруг жутко устали от пыли, копоти и протухшего воздуха Нью-Йорка. Продажа нашей квартиры в Квинсе не заняла много времени, как и покупка той конуры, в которой мы сейчас обитаем. Я сразу сказала, что не хочу уезжать, но разве кто-то считался с моим мнением? Плевать, что я оставляю своих друзей, свою тусовку, свою школу. Ну и что толку, ну приехали мы к черту на рога, и теперь мать без конца занимается озеленением нашего газона, а отец пропадает в библиотеке, впрочем как и всегда.Читать дальше
Рейтинг форумов Forum-top.ru

Апокалипсис. Такое ёмкое слово, универсальное для обозначения бесконечного множества вещей. В христианстве это текст – откровение, со словом же «Армагеддон» оно употребляется в значении конца света или катастрофы планетарного масштаба. У каждого, безусловно, хотя бы раз в жизни случался свой собственный конец света. И здесь уже не до обозначений и терминологии, ведь для каждого человека апокалипсис – свой. Для кого-то это вспышка солнца или разразившаяся вирусная эпидемия, для кого-то всё сводится к нашествию зомби, а для кого-то "Армагеддон" – лишь череда личных трагедий, что сбивают с ног и вышибают из лёгких воздух. Трагедий, после которых нет никакой возможности жить дальше как ни в чём не бывало. Трагедий, из которых не так-то просто выбраться живым и здоровым. Чаще – побитым, истерзанным, с ощущением гадкого, липкого, вязкого на душе. Реже – поломанным настолько, что всё, кроме самого факта выживания, теряет свою важность.
Вверх страницы
Вниз страницы

Crossover Apocalypse

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



stressed out

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

- stressed out  -
Slackjaw, Corvo Attano.
[DISHONORED]

Раз—два—три—четыре—пять,
Бабушка Ветошь идет тебя искать!

http://sd.uploads.ru/t/30AN5.jpg
Будем в прятки мы играть.
Раз—два—три—четыре—пять.

- Описание эпизода -

Такой славный малый как Слэкджов не заслуживает участи быть сваренным и превращённым в руны? Старая Ветошь думает иначе. Придется Корво разубедить ее всеми доступными средствами.

+1

2

Всё на винокурне шло своим чередом. Крысы в количестве меньшем, чем необходимо, чтобы вызывать беспокойство, копошились по углам и шумели всем, что в этих самых углах оказывалось. Никто не обращал на них никакого внимания. Бандиты бродили туда-сюда по территории винокурни, следуя только им одним известным маршрутам. Иногда эти маршруты были не длиннее нескольких десятков шагов. Они просто бродили, о чём-то перешёптываясь. Не сказать, что дел было и без этого навалом, но проживая на улицах Дануолла, привыкаешь ко многому. И на слух определяешь – нужно ли беспокоиться по поводу навязчивого, вгрызающегося в сознание писка, или же нет.
Обычный день ровно настолько, насколько такие вообще могли случаться в таком славном городе как Дануолл. Так уж повелось, что в этом самом городе всегда происходила всякая всячина. С людьми или из-за людей. Обычное такое дело: один незначительный поступок находит отклик, резонирует от сознания другого человека, приводит к новым результатам. У каждого решения есть последствия. А порой всё складывается так, что самые страшные – от того, что какое-либо решение так и не было принято. Слэкджов, пожалуй, надолго запомнит,  - если вообще выпадет возможность вспоминать о подобном, - что соседство со Старой Ветошью рано или поздно тоже должно было принести свои плоды. А немая борьба, выливающаяся в пассивно-агрессивное противостояние, заставит его оказаться в абсолютно безвыходной ситуации. В абсолютно, отвратительно категорическом прямом смысле. И не сказать, что занятая позиция хоть сколько-нибудь Слэкджова устраивала. Зато привносила ясность – от злобной карги стоило избавиться гораздо раньше. Найти какой-нибудь действенный способ. Или уж,  на крайний, оплатить работу Корво. В конце концов, от такого сценария все бы только выиграли. Но не срослось. Почему-то на тот момент казалось куда более логичным просто заниматься своими делами и игнорировать старушенцию по мере возможностей. И сейчас он бы с удовольствием приложился бы головой о что-нибудь тяжёлое, да только вот мешает та суровая, сложная механическая конструкция, в которой он оказался заключён. А ведь ещё пару часов назад совершенно ничего подобный исход не предвещало. Он с парочкой своих крепких ребяток действительно планировал положить конец вражде раз и навсегда. Но опростоволосился.
Старую Ветошь не стоило недооценивать. И её оголодавших «птичек» - тоже. Но он на что-то надеялся. И тогда, когда припекло, и в момент, когда его бандитов обглодали до блестящих косточек. В следующий же миг он поймал себя на мысли, что с удовольствием бы разделил их участь. Потому что то, что было уготовано ему, вряд ли было чем-то лучше звериных пастей и острых зубов.
Он за всю свою жизнь выбирался из многих передряг. Это неоспоримый факт. И сейчас, когда перед ним с важным видом расхаживает зловредная старуха, он молчит. Не провоцирует, не реагирует. И упорно верит, что всё обойдётся. Что-то случится. Даже если вдруг стражники нагрянут – его хотя бы не окунут головой в смердящий дымящий котёл.
Краем глаза замечает тень, что прошмыгнула вдоль стены едва уловимым силуэтом. Суставы и мышцы стали порядком затекать, причиняя небольшую, но боль. В моменты, когда жизнь висит на волоске, многие начинают сшибать лоб в кровь, лишь бы их боги услышали мольбы о спасении. У Слэкджова нет никаких богов. Но он никогда не признается никому, даже себе самому, что в тот самый миг готов был боготворить бывшего лорда-защитника.
Он только хмыкает довольно, продолжая безвольной куклой висеть, закреплённый механизмом. Не хочет привлекать лишнее внимание. Но потом обязательно выскажется, что кого-то пришлось слишком долго ждать. И отплатит сполна. Если, конечно, всё ещё будет дышать к этому моменту.

+1

3

Надо было выбираться отсюда побыстрее. Он чувствовал, что китобои просто так этого не оставят. Хоть выживший Дауд и дал ему слово, но мерзкий холодок, который закрался к Корво, гнал его все дальше и дальше.
Через пару своротов он натыкается на умирающего бандита, который манит Маску к себе:
- Через ворота не пройдешь, если нет ключа от катакомб. А достать его можно только в одном месте – и туда я не пойду ради всех богатств Башни, - он начинает то ли хрипло смеяться, то ли пытается подавить наступающий кашель, - больше я туда не сунусь, нет. – Не дожидаясь сочувствия или вопросов от бывшего лорда-защитника, бандит продолжает свой печальный монолог: - Кто-то натравил на нас крыс. Да я знаю, то это похоже на бред, но я не вру! – Мелкие вездесущие грызуны с горящими глазами бродили по всему Дануоллу, распространяя чуму все дальше, но не такими большими стаями, как рассказывал бандит.
- Мы вернулись, чтобы убить эту тварь. Но не сложилось. Я едва унес ноги. – Он захлебывается теперь уже настоящим кашлем, путаясь в повествовании. И Корво почему-то не уверен, что парень не выживет. - Что стало со Слекджовом, не знаю. Но ключ от подземелий был у него. – Мысленно Аттано ставит себе новую цель – найти обладателя ключа, с которым он уже когда-то сталкивался в винокурне.
Корво прикрывает глаза бандиту рукой в перчатке, если бы у него было чуть больше времени, то он мог бы оттащить парня из банды Слекджова в другое место, что бы до него не добрались крысы, но времени так мало. Он спускается в катакомбы Дануолла, что бы как можно быстрее оказаться в пабе. Он еще не знает, что ему сулят запутанные, старые, грязные переходы под городом.
- Я брошу тебя в кипяток. Мерзкий жир и жилы отвалятся, а на костях я вырежу красивую песню, - вскоре чье-то шипение догоняет Корво. Эти ужасные слова словно бьют наотмашь. Ведь он не собирался влезать в отношения между Старой Ветошью и бандой Слекджова. Он прижимается к ближайшей стене и ждет, когда ужасный монолог наконец закончится.
- Нужны острые ножи, чтобы разделать тебя до самых костей, Слекджов. – Бывший лорд-защитник медленно и почти бесшумно двигается в тени стены. У склочной старухи отличный слух, даже если она не сможет заметить его, то ей помогут ее «детки».
Он приближает изображение с помощью линз, встроенных в маску, и видит заветный ключ на поясе у старухи. Что ж, все же придется влезть в этот драматический спектакль. Хоть Чужой и предупреждал его, что со Старой Ветошью лучше не связываться и обходить ее стороной, но Корво все же хочет рискнуть.
Он легко подкрадывается к старухе, обходя бандита, которому даже не надо подавать знаков, моля о тишине. Корво может побиться об заклад, что на лице Слекджова расцветает совсем не добрая ухмылка при виде Убийцы в маске. Он тянет руку к медному старому ключу, и тут проклятая старуха поворачивается. Как глупо бы это не казалось, но Корво чувствует себя маленьким ребенком, который напакостил бабушке и ждет наказания. Но вот только наказание будет совсем не таким, каким его представляют дети, теперь Корво готов поклясться, что его вместе с бандитом ожидает суп, который Старая Ветошь сварит из них.

+1

4

Пожалуй, многое можно переосмыслить, когда твоя жизнь висит на волоске. Многие в такие моменты раздумывают о том, что успели совершить в своей жизни, а чего, наоборот, сделать не успели. Обычные люди жалеют о чём-то, о ком-то, обо всём и ни о чём, потому что так принято, в какой-то степени. Не зря же говорят, что в моменты, когда смерть подбирается как никогда близко, перед глазами пробегает вся жизнь. Слэкджов бы без малейшего зазрения совести плюнул бы этому умнику в лицо. Потому что невозможно придумать что-то глупее, чем тратить оставшиеся драгоценные минуты на какие-либо сожаления. На это была вся жизнь. Которую не менее глупо было бы потратить на простые и колкие сожаления, на сомнения, нерешительность и страдания. Жизнь таких не любит. Как не любит и тех, кто забывает её законы. Он начал забывать. Ему милостиво напомнили.
По-другому ни в этой, ни в какой-либо другой вселенной не случается. Он в этом уверен. Хотя был бы и не против узнать, как там, в других вселенных обстоят дела со справедливостью. И является ли его участь – тем самым возмездием за всё совершённое?
Чёрт разберёт, но он не отказался бы от крепкой самокрутки да от пыльного стаканчика горячительного. Если не в качестве спасения, так хоть в качестве последнего желания. От собственной сентиментальности в горле щекочет смех. И он бы посмеялся, если бы не лицо старушки Ветоши, что явно намеревается покончить с ним отнюдь не побыстрее. О, он более чем уверен, что  Старая Ветошь вдоволь насладилась бы расправой над ним. Смаковала каждое движение острого ножа, отделяющего плоть от кости. И наверняка не была бы столь милосердна, убив его перед этим, нет. Иначе ведь не будет никакого удовольствия, верно? Он её не винит. Потому что знает. Прекрасно знает, что сам за человек. Что попади она к нему в руки раньше, чем он к ней – поступил бы так же. Поступил бы хуже. Не жалел бы ни малейшей секунды, стирая ненавистную старуху с лица земли. Но только вот судьба распорядилась иначе. Она любит такое проворачивать – макать людей в свои же экскременты, указывать на ошибки. Старуха являлась тем самым камнем преткновения всей его жизни в Дануолле. Она пугала в детстве. Пугала сейчас. Но он больше не запуганный мальчишка. Он не позволит страху взять вверх сейчас.
И жизнь даёт ему надежду. Он видит человека в маске за спиной старухи. Мысленно благодарит всех известных богов за то, что есть ещё шанс не превратиться в отвратную похлёбку. Но это же жизнь. Она даёт и отбирает, когда захочет. И забирает она сейчас. Ему хочется кричать, выть от несправедливости, когда старуха таки замечает Корво, но ничего не может сделать. Не может помочь, потому как скован по рукам и ногам. Но он уверен, что будь всё по-другому, уж вдвоём они точно смогли бы с ней расправиться. Раз и навсегда. Кому ни расскажи, все только посмеются: два крепких мужика не могут расправиться с одной престарелой ведьмой. Было бы очень смешно, если бы не было так грустно. Но он решает сделать всё, что в его силах. Свистит громко, ненароком, но обращая внимание старухи снова на себя. Она не может не повернуться на громкий звук, не может не пригрозить ему расправой более быстрой и жестокой. Сразу после того, как разберётся с незваным гостем. А Слэкджов очень сильно надеется, что этих нескольких минут человеку в маске хватит с лихвой, чтобы успеть скрыться и продумать новый план. В который, в идеале, входило бы и его освобождение. И да, он совершенно точно на этом настаивает.

+1

5

Беда никогда не приходит одна. Она всегда ждет своих друзей – страх, паника, отчаянье и многие другие прихлебатели, которые навалятся на вас все вместе. Беда любит оставаться на долгое время, вертится рядом, кидается под ноги, как нашкодивший кот, когда вам совсем это не нужно. Она дышит в затылок, толкает в спину, толкает под локоть, что бы ваши руки предательски дрожали. Наконец, ледяным страхом сжимает сердце. Она может шептать, что всесильных людей не бывает и что все когда-нибудь совершают ошибки. Она ходит вокруг да около, ищет повод, цепляется, как утопающий за соломинку, за любую возможность побыть с вами наедине еще чуть-чуть. Буквально минуточку. Она обещает, что останется ненадолго. Но вот, проходит минута, час, неделя… Эта женщина не любит, когда о ней забывают. И если вам кажется, что у вас все радужно – помните, что она упрямо дышит вам в спину и вскоре доберется до вас.
Корво Аттано уже давно ходит под руку с бедой. Она заприметила его еще с давних времен: тогда, когда он попал в лорды-защитники императрицы. Так вот, с того самого дня, она отвечает за его необдуманные поступки, за медлительность в таких важных решениях, за дрожание стали в его руке. Она пировала тогда, когда не стало императрицы. И сейчас, краем глаза, бывший защитник видит, как она поднимает отравленный кубок. За здравие его и Слэкджова. Или за здравие Старой Ветоши?
Бандит пронзительно свистит и Корво машинально кидается в другую сторону. Он не решается пока использовать дара Чужого, ведь у старухи на это нюх. Где-то на периферии шестеренки маски улавливает движение – это беда  от испуга ломанулась в темный угол.
Он пытается не шуметь, уходить потихоньку в какой-нибудь тихий закоулок, но куда ему против того, кто обладает даром Чужого уже не один год? Он чувствует, что в спину его сверлит взгляд:
- Вот и ты, мой дорогой. Поможешь мне добыть косточки Слэкджова? Бабушка припасла для тебя подарочки – на тот случай, если ты вдруг заглянешь. – Она тянет слова, качая седой головой в такт словам. Многие в Дануолле говорили про ее красоту, ее ум и состояние. Множество баек ходило про Веру Мюррей еще больше про Старую Ветошь.
Корво медленно поворачивается к «бабушке», что бы не вспугнуть ни ее саму, ни ее маленьких домашних животных – крыс. Они тут как тут, снуют между ногами, маленькими лапками топча сапоги защитники, пищат, подтверждая слова старухи. Корво отрицательно качает головой. Еще там, когда он впервые услышал голос скрипучий голос старухи, лорд-защитник решил все для себя. Из двух зол выбирают меньшее. И выбирая между склочной свихнутой старухой с ее любовью к черноглазому божеству и бандитами, нужно выбрать Слэкджова.
- Не хочешь помочь бабушке? – Кажется, что она удивлена отказом. Как же, раньше, когда Корво казалось, что он единственный, у кого есть метка на руке, он искал ответы. В своих поисках он пришел туда, куда не следовало – к Ветоши. Первая радость и восторг быстро стерлись под натиском странных манер ведьмы. Затем и вовсе поблекли. С тех пор, он обходил ее жилище и старался не попадаться к ней на глаза. Не выполнял задания. Такой ценой руны, подарки Ветоши и Чужого, ему были не нужны.
- Я разочарована, уходи быстрее, - торопит она. Но так просто уйти нельзя, да и некуда. Он тянется за спасительным ключом, как тут же старуха рассыпается на множество крыс:
- Я не уйду, а ты не сможешь меня убить. Зато я смогу убить тебя! – Ее торжествующий голос носится под сводом, эхом отражаясь от всех стен разом. Корво отскакивает от крыс к Слэкджову.

+1

6

В конце концов, со многим можно смириться в этой жизни. С тем, что всё пошло не так, как планировал. С тем, что жизнь могла быть совершенно другой, наверное, если бы многие люди повели себя по-другому в отдельно взятые моменты. Смириться можно с тем, что недостаточно сделал, недостаточно был, недостаточен сам по себе. Но смириться с собственным бессилием – это совсем другое. Это боль, которая прожигает насквозь, забирается цепкими лапами под кожу и остаётся там сидеть до тех пор, пока ты не наберёшься смелости и сил, чтобы выкорчевать её оттуда, отделить от себя и выбросить на холодный земляной пол, растоптать, размозжить грубой подошвой старого ботинка. И никогда, никогда, твою мать, больше об этом не вспоминать. Как и об этом дне, если всё-таки удастся выбраться целым и невредимым – в идеале. Ему кажется приемлемым и просто хороший вариант – пусть старуха заберёт его ногу или руку в свой драгоценный суп, зато весь оставшийся Слэкджов должен спастись.
По крайней мере, он всё ещё упрямо продолжает на это надеяться, наблюдая за тем, как Старая Ветошь и Человек в маске продолжают свою игру. Ему ведь только это и остаётся, правда же? Быть наблюдателем в игре за его собственную жизнь. И смешно, и грустно.
Он смотрит во все глаза, не позволяя себе пропустить даже самую незначительную с первого взгляда деталь, ни единого момента. Потому что всё может в миг измениться. Так всегда происходит – стоит только немного зазеваться, как всё привычное ускользает сквозь пальцы. Он перестаёт быть собой. Перестаёт контролировать ситуацию. Контролировал ли он её вообще хоть раз в своей жизни? Точно ли в своей? Точно ли эта жизнь – то, что принадлежит ему? Или всё – только никому ненужный фарс, способ потянуть время, пока всё вокруг, словно чей-то продуманный спектакль, неумолимо движется к самой яркой кульминации?
И что делать, если его кульминация – прямо здесь, прямо сейчас. А он всё так же неподвижен, не имеет ни малейшего шанса что-то сделать, что-то предпринять, чтобы помочь если не себе, то Мстителю в маске, что по каким-то собственным соображениям решил не пройти мимо. Если к концу выступления у Слэкджова останутся на месте руки и ноги, или весь он целиком останется жив, то обязательно отплатит за дорогую услугу. Как и всегда.
А сейчас остаётся только слушать. Внимательно, напрягая слух, чтобы из бормотания старухи вычленить хоть что-то важное, что-то спасительное. Но никакого толку. Всё тщетно.
Он вздрагивает, когда Корво оказывается вдруг так близко, будто и не стоял пару минут в нескольких метрах от него, не вёл беседы с безумной старухой, будто бы по щелчку пальца просто взял и поменял всё вокруг. Слэкджов понимает, что какой бы смекалкой ни обладал, сколько бы людей ни шло за ним следом, перед такой силой он не в состоянии выстоять. Ни один, ни с целой сворой бандитов. Печально, что настолько умная мысль пришла столь поздно.
Но ему хочется, безумно хочется, чтобы поскорее ключ оказался там, где ему и положено быть – в замке сдерживающей его конструкции. Чтобы поскорее этот самый замок издал характерный щелчок. Чтобы все оковы спали. И тогда можно будет разгуляться. Можно будет дать себе обещание никогда не попадаться так глупо в чужие сети. И отблагодарить старую за преподанный урок. Он уже сейчас может ощутить в руках привычную тяжесть клинка, растереть на языке пряный привкус пороха, почувствовать тяжесть обреза, крепко обтянутый потёртым кожаным ремнём. С таким раскладом можно и потанцевать. С таким раскладом можно надеяться на то, что рассвет всё-таки настанет. Услышать бы только заветный поворот ключа.

+1

7

В любом поколении есть свои победители и проигравшие. Есть те, кто заберется выше Вас, и будут те, кто окажется на самом дне. Так было, есть и будет. В любом веке, при любом общественном строе. Как известно, внешние раздражители и обстоятельства не сильно влияют на количество победителей и проигравших. Зато у неудачников всегда есть вариант «поплакаться в жилетку», причитая время от времени «ах, если бы я… ах, если бы я знал.. если бы сделал раньше..».
Корво не привыкать оказываться где-то внизу своей персональной таблицы. Ложное обвинение, убийство императрицы, изгнание – только «подогревают» интерес к жизни у бывшего лорда-защитника. Он начинает заново: с метки Чужого, с попытки правильно использовать дар черноглазого божества, Корво пытается все исправить. Но кто-то свыше устает наблюдать за «взлетами» и как будто случайно толкает Корво под руку. 
Вторым паданием на дно оказывается шайка китобоев во главе с Даудом. Но и здесь уже не убийца в маске, но и еще не защитник цепляется за надежду: он ищет свое оружие и пытается найти выход. Пытается понять хитросплетение нитей-событий, в которых он увяз.
Корво кажется, что встреча с Ветошью ничем хорошим кончиться не может. Старая ведьма не отдаст своего, да и защитник просто так не сойдет с дистанции. Ему кажется, что третье падение он ощутит куда больнее двух первых или просто у него не хватит сил подняться и опять карабкаться, карабкаться, карабкаться вверх. Он ищет то, что смогло бы ему помочь в этой неравной схватке. Главное не оступиться. И не дать возможности порадоваться Старой Ветоши и ее «деткам».
Он хаотично исследует конструкцию, в которую закован бандит: слишком много непонятных деталей – окуляры маски Пьеро и Чужого не могут проследить всех соединений, да и неизвестно, что будет, если он просто перерубит их. Кто знает, чем увлекалась раньше Старая Ветошь? Скрытые механизмы, ловушки… Кто знает, как далеко зайдет ее месть бандитам?
- Ты так долго соседствовал с ней, должен знать какие-нибудь слабости старухи. Не мог же ты просто так прийти с пустыми руками к ней в логово, - голос из-за маски звучит глуховато и угрожающе, но сейчас не время на этикет, расшаркивания и прочие ненужные вещи. Он пытается привлечь внимание Слэкджова, который, кажется, уже потерял любую надежду на выживание.
Он осматривается вокруг, пытаясь найти старуху, которая совсем недавно обратилась в туман и исчезла, оставив своих гостей развлекаться с крысами. Бывший лорд-защитник не привык сидеть, сложив руки, он привык действовать пусть иногда импульсивно, но все же действовать. Он пытается выстроить в голове план, которого будет придерживаться. Сначала разобраться с крысами, обезопасив путь себе, потом найти ключ для узника, а затем… Голос внутри подсказывал, что потом можно будет сбежать, раствориться с помощью метки, как старуха, забиться куда-нибудь, переждать бурю. Но Корво понимает, что не сможет так поступить, потому что в один прекрасный день старуха придет не за бандитом, а за убийцей в маске – отомстить за несостоявшийся ужин при свечах, за ее малюток. Аттано уверен, что Старой Ветоши есть, что припомнить ему.

+1

8

Что можно знать о выживании? Что можно вообще понимать о том одном моменте, когда сердце начинает биться где-то в глотке? В глотке, что ещё несколько часов щедро заливали вином, вытащенном из подвала какого-то зажравшегося богача. Ещё несколько часов назад жизнь казалось прекрасной. Жизнь казалась неисчерпаемым источником богатства. Жизнь шептала призывно, что победителем становится тот, кто берёт, что хочет, и ничего, совсем ничего не боится.
Только вот Старую Ветошь он боялся всегда. В детстве – больше. С возрастом, понабравшись опыта и здравого смысла – меньше. Но точно знал одно – ведьмой она была, ведьмой и осталась. И останется, если сегодня вечером земля окропится его кровью. И никто о нём не вспомнит. Он бы предпочёл, чтобы никто не вспомнил, ибо, в противном случае, красивая история о вознесении в истории Дануолла закончится совершенно отвратительной байкой о том, как удачливый бандит стал одним из ингредиентов несомненно паршивой похлёбки старой карги, что выжила из ума задолго до того, как начал существовать мир.
Он слушает Маску внимательно, даже если на первый взгляд создаётся впечатление, что он окончательно увяз в своих мыслях, сожалениях, в жалости к себе. Он никогда не был человеком, который перекладывает свои проблемы на плечи других. Всегда решал всё самостоятельно. Но в этот раз жизнь вынуждает его просить о помощи. Просить о помощи у человека, - а он хочет думать, что какими бы способностями ни обладала Маска, под ней всё ещё кроется человек; ему нравится так думать, но в это он влезать не станет – не его ума дела, какой крест несёт тот, кто шепчет так близко и вкрадчиво, - просить о помощи – единственный шанс унести ноги отсюда. Единственный шанс на то, чтобы больше не попадаться в лапы к Старой Ветоши и её «деткам», держаться подальше. Наверное, такое бы решение он принял не просто пару лет, но пару месяцев назад. Того Слэкджова больше нет. Нынешнего Слэкджова может скоро не стать. И он клянётся себе, что положит этому конец в тот же миг, как его оковы спадут.
Разумеется, он – не рыцарь в сияющих доспех. Его норма морали такая же, как у любого другого бандита. С одним лишь исключением – он думает головой и чтит кодекс. Честь – это то, что невозможно купить. И людей, которые готовы с честью отстоять свои принципы, сдержать слово…таких людей осталось до преступного мало. Маска помогал ему однажды. Пришёл черёд Слэкджова.
- Тебе нужно ослабить её. Лишить всех этих магических штучек-дрючек. С остальным я разберусь самостоятельно. – смотрит серьёзно, несмотря на то, что и коленей-то не чувствует, застыв в совершенно неестественной, неудобной позе. – Я убью старуху. И покончу с этим раз и навсегда. – он делает паузу, чтобы перевести дух, осмотреться, проверить, не вернулась ли старуха по его душу. – Не знаю, что тебе для этого надо сделать, Корво. Но она должна стать уязвимей после того, как предмет будет уничтожен. Или как там у ведьм заведено? - в любой другой ситуации он бы посмеялся в усы, хмыкнул бы презрительно и не подумал бы, что в шутке может быть доля правды. Но сегодня - не любая другая ситуация.
План кажется идеальным, но, конечно же, очень многое может пойти не так. Слэкджов уверен, что обязательно что-то пойдёт не так. И он очень надеется, что Маска сделает всё, как нужно. Он надеется на его помощь. Действительно надеется.

+1

9

Он уже почти что сжимает руку с меткой Чужого в кулак для переноса в то место, где последний раз маска смогла зацепить дерганые движения Старой Ветоши, но взгляд останавливается на рычаге. Здесь всего лишь два варианта либо хитрый механизм выпустит бандита на свободу, либо механизм чуть хитрее первого сожмет в тиски руки и шею Слэкджова навсегда. Возможно, он бы и оставил так бандита, что бы тот не мешался ему под ногами в самый ответственный момент, но вот только крыс становилось все больше и больше. Деткам Ветоши было плевать, что их товарищи только что здесь и сейчас полегли от клинка бывшего лорда-защитника. Он налегает всем весом на металлический штырь, надеясь, что все пройдет успешно. Тот протяжно скрипит и буквально через пару секунд отпускает бандита на волю.
- Надеюсь, ты знаешь, как поступить с крысами, - тем временем серое пищащие море плавно перекатывалось по дну туннеля, нелепо наталкиваясь то на ванну с варевом, то на остатки костей. Все это происходило с диким писком.
- Что стряслось? Не можешь меня найти? – Голос старухи доносится откуда-то сверху. Он не может определить, откуда точно, ведь на руку ведьме играет белесая дымка, которая плотно распределилась по помещению.
Сейчас благодарности Корво ни к чему, ему бы побольше советов или наблюдений за какой-нибудь вещицей Ветоши. Аттано был не один раз в ее доме и видел, что барахла ведьма накопила знатное количество. Интересно, какая же именно «штучка-дрючка» должна ослабить старуху на столько, что бы с ней справился Слэкджов? Он уже не раз и не два встречался с меченными темноглазого бога и понял одно – победить метку Чужого может только другая метка. Дауд и его китобои тому самое большое подтверждение. Тем более сам бог когда-то давно при разговоре с Корво в Бездне упоминал старую ведьму, говорил и предупреждал бывшего лорда-защитника, что с ней водиться глупо и опасно. Как в воду глядел. Интересно, если Корво все же пощадил Дауда, а сейчас от его руки или от руки бандита погибнет Ветошь, будет ли разочарован Чужой?
- Она будет уязвимой, - не то утверждает он, не то обещает. Негласный договор между Корво и Слэкджовом уже заключен: убийца ослабляет старуху, а бандит сам разделывается с ней. – Будь так любезен, остаться к этому времени в живых, - не то, что бы он сильно волнуется за ловкого бандита, который каждый раз выходил «сухим» из своих авантюр, ему просто не хочется убивать своими руками мерзкую ведьму.
Он осматривает площадку с помощью темного зрения, мысленно прокладывая себе путь к очередному логову Ветоши. Глаз цепляется за зеленое свечение, которым подсвечиваются нужные ему предметы.
- Там, - он указывает на лестницы со свечками. Надо же, старуха подготовилась на славу: свечи, огонь, детки, ужин… И вправду романтический вечер. – Есть оружие, если тебя это интересует. – Он перемещается сразу же на одну из лестниц. Если умный малый смог догадаться, кто скрывается за маской убийцы, то, наверное, уже сложил в уме два и два и смог понять, что Корво так же связан с магией как и Ветошь.
- Пожалуй, сварю тебя живьем! Не хочешь прыгнуть в котел, милый? – Ох уж эти манеры аристократов. Корво оборачивается на бандита, который по идее должен следовать за ним или хотя бы пытаться проделать это. Он достает пистолет, заряжая в него сразу все патроны, и палит в крыс, отвлекая внимание на себя.

0

10

Ему не стыдно было признаться в том, что вся сложившаяся ситуация пугала. В конце концов, никогда не стыдно сознаваться в собственных страхах, если предпринимать попытки с ними бороться. И, в какой-то степени, было довольно забавно оттого, насколько разной одна и та же ситуация была для него и для человека в маске: для одного - противостояние практически всей жизни, страх, который взращивался с самого детства, полнился постоянным раздражением и желанием положить конец всему, что связано с мерзкой старухой, для второго - обычное дело, коих, наверное, в его днях столько, что Слэкджову и не снилось. Каждый день человека в маске окроплён чужой кровью. И то, что он оказался здесь и сейчас, если не является совпадением, то простой работой - точно. И, пожалуй, так работает многое в этом мире. В любом из миров. Для одного человека простое событие - целая жизнь. Для другого - просто событие, которое не нарушает привычный ход вещей. И Слэкджову действительно хотелось бы оказаться где угодно, может, как можно дальше отсюда. И никогда больше о Ветоши не вспоминать.
Но реально совсем другая. Реальность вынуждает его действовать. Реальность вынуждает помнить, что каждая секунда - это цена его жизни. И ставки становятся всё выше и выше. И нельзя полагаться только на чудесное спасение. Нельзя складывать ответственность на Корво. Даже если это и даёт гарантию, что никакой проблемы в виде Старой Ветоши у него в жизни больше никогда не будет.
И, наверное, когда замок протяжно скрипит, Слэкджов практически не верит наступившей свободе - настолько уже привык быть в оковах. Ещё одно любопытное наблюдение - можно сколько угодно резвиться на воле, думая, что никогда и никому не подчинишься, но стоит провести в заключении несколько часов, как все воспоминания о свободе стремительно исчезают.
Ему требуется несколько минут для того, чтобы привести затёкшие мышцы в норму. Хоть немного размяться, чтобы каждое совершённое движение не причиняло дискомфорт. Кивает.
- О, не сомневайся. - он прекрасно знал, как стоит поступить со всей крысиной армией. Так поступить следовало ещё давным-давно. Стоило раздавить её раз и навсегда. Освободить не только себя самого, но целый город от гнетущей заразы.
И он не удерживается и выдаёт тихое: «Чёртов ты сукин сын». Зарекается когда-либо иметь дело с теми, кому подвластны силы более могущественные, чем он в принципе способен вообразить. И знает наверняка, что данное самому себе обещание точно не сдержит. Хотя бы потому, что природное любопытство не позволит. Хотя бы потому, что уверен, что с Корво он встретится ещё не раз и не два в своей жизни, и поработать вместе им тоже придётся.
Он торопится следом, особенно отчётливо ощущая, как тело не желает слушаться несколько секунд после освобождения из заключения, но идея покончить со старухой настолько соблазнительна, что он тут же бросается следом. И пусть не способен перемещаться с помощью магии, всё равно ловко расправляется со ступенями. - Полагаю, сигнала ждать не придётся? - он добирается до самого верха и хватает оружие, ощущая себя уже не настолько уязвимым. Теперь у него хотя бы есть шанс побороться за шанс увидеть начало следующего дня.
И Слэкджов бросается помогать бороться с толпой крыс, набежавших, казалось бы, из ниоткуда. Конечно, не так метко, как если бы он стрелял из револьвера, но всё-таки.
Продержавшись так долго, теперь, движимый желанием положить всему конец, он уверен, что сможет дождаться того момента, чтобы наконец-то вонзить острый клинок промеж рёбер старухи. Обязательно сможет дождаться.

+1

11

Он не любил отклоняться от намеченного курса, но так вышло, что к нему навстречу вышли два заклятых врага. И ему бы обойти их спокойно и оставить все, как есть, но другой дороги нет и тех лазеек, которые он использовал раньше, тоже нет. Корво никому не хотел помогать и уж точно не хотел подставлять кого-то из них. О, этот дивный мир с его нелепыми случайностями, которые через некоторое время, о, он уверен в этом, дадут о себе знать. Ему некогда было думать о преимуществах того или иного оппонента. Что могла предложить ему Старая Ветошь? Ее расположение, ее «деток» и пару рассказов о черноглазом юноше. Или пару амулетов, которые вырезала сама старым ножом из чьих-то костей. Такие амулеты, бывший защитник может поклясться, смогли бы отяжелить ему карманы своим происхождением и призрачными воспоминаниями о чьих-то костях. А Слэкджов? Деньги или покровительство? Корво знает одно, ему ничего не надо ни от ведьмы, ни от бандитов.
После переноса с помощью метки Чужого он стискивает челюсти. Пора бы привыкнуть к магии, которой здесь предостаточно: каждый предмет из убежища Ветоши пронизан Бездной. Корво кажется, что тело отказывается ему повиноваться, а старые раны, которые были залечены с помощью эликсира Соколова, вновь начинают открываться. Он мучительно долго разбирается, как двигаются руки и ноги. Хрупкое тело меченного – слишком сложная конструкция, Чужой свидетель, бывший лорд-защитник все бы упростил. Он делает первый шаг, затем второй, подмечая все шорохи и звуки. Наконец Аттано разбирается с мышцами и сухожилиями, которые натянуты до предела, и бежит до заветной каморки. Времени мало – вскоре Ветошь поймет, что ее главный «ужин» ушел, а разборка с бандитом лишь второстепенная вещь. Тело идет вверх по лестнице, легко отталкиваясь от старых ступенек. И на повороте к двери Корво чуть перебарщивает и пролетает вбок. Что ж, никто не говорил, что метка – легкий дар. Когда-нибудь он сможет контролировать все и сразу.
Где-то маска ловит удивленный то ли вздох, то ли восклицание бандита. Интересно, что в данный момент чувствует Слэкджов, когда все детские сказки о старухе-ведьме вдруг оказались правдивы? Оживший детский страх, которым тебя давно-давно пугали на ночь. Вот он перед тобой во всей красе. И все угрозы старухи-ведьмы реальны и ощутимы.
Корво чувствует, как за ним кто-то наблюдает, дышит ему в спину. Он быстро поворачивается на пятках к выходу из жилища старухи, но видит лишь приближающуюся стаю крыс. К горлу подступает тошнота, смрадный запах, исходящий от питомцев, давит на убийцу в маске, заставляет, что бы тот забрался повыше; заставляет забыть, что на самом деле тот должен сделать. Все, что попадается под руку бывшему лорду-защитнику летит на пол, отвлекая мелких грызунов. Еще через пару взмахов он добирается до костяной камеи, на которой изображена женщина. В тусклом освещении не понять, кто именно изображен, но почему-то Корво кажется, что это Старая Ветошь. Он покрепче сжимает старинное украшение в руке, отстреливая последние патроны в крыс. Если верит бандиту, то после того, как он избавится от безделушки, их кошмары закончатся.
Он подходит к печи, в которой еще тлеют угли, что бы завершить начатое. Корво пытается доказать себе, что не от его руки уйдет в Бездну меченный. А в Бездну ли? Он никогда не интересовался, куда уходят те, когда перестают интересовать Чужого. Он чувствует, что начинает задыхаться, потому что из-за всех событий забывает, что нужно дышать. Корво аккуратно опускает маленькое украшение на мерцающие угли и глубоко вдыхает затхлый воздух. Уже ничего не изменить... Аттано стоит неподвижно еще какое-то время, вбирая в себя все запахи, звуки и ощущения, запоминая все то, что происходит здесь. И потом уходит из убежища старухи, а на выходе маска окуляром цепляет портрет Чужого: тот смотрит на Аттано с непониманием или с разочарованием. Ему не понять, как можно было отдать Бездне ведьму, а оставить бандита. Что ж, Корво тоже не понять.
- Самое лучшее время для действий – сейчас, - он тяжело опирается на металлические перила лестницы, надеясь, что его призыв воодушевит бандита, а Ветошь приведет в замешательство.

0