Я замолчала, как и все вокруг. Хотелось ухмыльнуться, глядя на то, как миссис Хайфаер стиснула губы так, что они побелели, но больше на уроке она ко мне не лезла. Ну и хрен с ней. Я переехала в этот чертов городок буквально месяц назад. Все началось с того, что предки вдруг жутко устали от пыли, копоти и протухшего воздуха Нью-Йорка. Продажа нашей квартиры в Квинсе не заняла много времени, как и покупка той конуры, в которой мы сейчас обитаем. Я сразу сказала, что не хочу уезжать, но разве кто-то считался с моим мнением? Плевать, что я оставляю своих друзей, свою тусовку, свою школу. Ну и что толку, ну приехали мы к черту на рога, и теперь мать без конца занимается озеленением нашего газона, а отец пропадает в библиотеке, впрочем как и всегда.Читать дальше
Рейтинг форумов Forum-top.ru

Апокалипсис. Такое ёмкое слово, универсальное для обозначения бесконечного множества вещей. В христианстве это текст – откровение, со словом же «Армагеддон» оно употребляется в значении конца света или катастрофы планетарного масштаба. У каждого, безусловно, хотя бы раз в жизни случался свой собственный конец света. И здесь уже не до обозначений и терминологии, ведь для каждого человека апокалипсис – свой. Для кого-то это вспышка солнца или разразившаяся вирусная эпидемия, для кого-то всё сводится к нашествию зомби, а для кого-то "Армагеддон" – лишь череда личных трагедий, что сбивают с ног и вышибают из лёгких воздух. Трагедий, после которых нет никакой возможности жить дальше как ни в чём не бывало. Трагедий, из которых не так-то просто выбраться живым и здоровым. Чаще – побитым, истерзанным, с ощущением гадкого, липкого, вязкого на душе. Реже – поломанным настолько, что всё, кроме самого факта выживания, теряет свою важность.
Вверх страницы
Вниз страницы

Crossover Apocalypse

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossover Apocalypse » По чужим следам » Mayday, Mayday!


Mayday, Mayday!

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

— Mayday, Mayday! —
Morgan Yu    |   Scott Ryder
[Mass Effect | Prey]

— Описание эпизода —

Чем больше человеку говорят чего-то не делать - тем сильнее его желание поступить наоборот.

+2

2

Так получилось, что из трех Первопроходцев, единственным, кто мог и имел возможность исследовать новые планеты – был я. Уж не знаю, было ли то действительно так хорошо. Команда выполняла приказы Танна, слово которого имело больший вес, чем мое. С другой стороны, мы были почти, как семья, - та семья, что образовывается, когда группа людей, не имеющих родственных связей, оказываются запертыми в одном месте на многие месяцы, а то и годы. На станции Арктур было так же. Вот только на борту Бури царила менее строгая обстановка. Так что за координаты, которые дал Танн? Это был не Танн, а Кандрос. Это сигнал Сос. Я посмотрел на Суви. Будь мы в другой ситуации. То думали, что это подвергшийся атаке Кеттов корабль. Но сейчас там, в космосе все еще находился ковчег саларианцев, а так же затерянный где-то, возможно даже еще не достигший Элея, Кила Си'ях. Не нужно было быть зрячим, чтобы видеть то, как саларианцы ждут известий о том, где находятся 15 000 их соплеменников. – И как далеко источник сигнала? Карта перед моим лицом засветилась, выводя на панель координаты и одновременно указывая место. Что же, скверны в этом секторе было не так уж чтобы и много, а значит, есть шанс, что если это все-таки ковчег – то он не поврежден. Кэло в кресле справа как будто выдохнул, когда прозвучал приказ о точке назначения.
Примерно так я оказался в одиночку на потерпевшем крушение корабле. На деле сигнал СОС посылала космическая станция, что уже почти ушла до самого последнего борта в землю. На подлете к планете мы видели только торчащие на поверхности антенны, да пару отсеков, которые окружала скверна, которая на деле оказалась чем-то более чужеродным тем то, что встретило нас на пороге.
Станция была обесточена, но временами я чувствовал что-то позади, только не мог определить источник этого чувства - как будто за тобой кто-то наблюдает, играя в шпиона. А делать это в темноте было куда как проще. К моему счастью - весь инвентарь не пострадал, поэтому темноту перед моим носом освящал фонарик. Пока что никого живого на станции не было, поэтому только и оставалось, что идти на сигнал СОС. Потому что иного способа выбраться со станции я не видел. Это был единственный передатчик, который действовал. Связь с Бурей я потерял в тот момент, когда меня выкинуло из трюма, а сам корабль. Ну, я мог только надеется на то, что с ним все в порядке. Всему виной была та самая скверна, которая была слишком живой и пыталась нас поглотить. Внутри станции ее не было и это радовало больше всего.
Плутая по коридорам, я вышел в главное фойе, которое в свои лучшие годы поражало великолепием. Сейчас это больше походило на поле боя. Дыры во всех возможных поверхностях, сломанные турели и разбросанная мебель. И снова то самое чувство, что рядом кто-то есть. Я огляделся. Бестолку. Только звук, напоминающий упавшую коробку или моток проводов. Во всем происходящем, меня волновал другой вопрос. Как ни крути, но станцию строили люди. Все записи, что попадались мне на пути были выполнены на земном английском языке. Попадались и тексты на русском. Пытаясь припомнить какой-либо совместный проект двух держав, я ловил себя на мысли, что мне знакомо это место. Но я его никогда не видел прежде. И никогда не слышал о космической станции Талос-1, а так же то - кто ее построил и зачем.
Передатчик показывал, что сигнал исходит откуда-то сбоку и сверху. В той плоскости, в которой оказалась станция сейчас, это было через пол, который заменил собой стены. В очередной раз мелькнула мысль о том, что не хватает искусственной гравитации, но, по крайней мере, это был не Кеттский трюм, который менял свое положение в пространстве благодаря помощи извне. Приходилось передвигаться благодаря ранцу и иногда - биотике. Эти два фактора вызывали во мне диссонанс. То есть с одной стороны я не выжил бы при падении на Жилище-7, но с другой - преодолевать меньшие уступы я мог и без ранца.
Очередную дверь пришлось открывать грубой силой и молится, чтобы она не разрезала меня пополам. На вид помещение за ней было Дендрарием, где все еще оставались какие-то растения. Кто их поливал не ясно, но по большей части я видел сухие и сгнившие ветки. Складывалось впечатление, что Станция упала сюда не так давно, но наш путь до Элея занял более шести ста лет. Значит, в космосе она болталась не меньше. Вообще, вопросов было слишком много даже для меня и ответы пока не желали находиться. Ты еще кто? Я остановился у капсулы, которая и посылала сигнал. Я стер слой земли и пыли с люка, что располагался в ней на уровне человеческого лица. В этот момент сзади раздался сначала не то вопль, не то рык, а потом и шаги. Принцессу охраняет дракон? Кора была бы в восторге! К моему счастью капсула открывалась проще, чем двери, и каким-то чудом мне удалось разминуться с тем, что пришло по мою душу, а может быть не по мою, но сейчас особой разницы не было. Человек, что лежал рядом, в себя приходить не торопился, но это скорее объяснялось тем, что его выдернули из криостаза. Давай, приходи в себя. Даже если ты там восемьсот лет болтался, я все сделал правильно.

Отредактировано Scott Ryder (19-06-2017 21:16:27)

+1

3

Do we really know the way the wind blows?
Are we really safe around our shadows?

Выбор всегда несёт за собой последствия. Порой - разрушающие, сносящие всё на своём пути подобно смертоносному цунами. Порой - это тишина и неизвестность, пустота и непонимание. Отсутствие выбора - тоже выбор. И я никогда не хотел быть тем человеком, который просто наблюдает со стороны за тем, как люди вершат историю. Я хотел лепить её собственными руками. Я хотел быть тем, кто не подстраивается под нерушимые законы. Я хотел быть тем, кто перепишет человеческую ДНК с нуля, наделит человечество способностями, о которых можно было только мечтать. Хотел сделать так, чтобы эволюция широкими шагами начала своё движение. Думал ли я о том, что всё это - игра в Бога? Конечно, думал. Конечно, мне эта мысль льстила. Возможно, если бы нашёлся хоть кто-то, кто смог бы меня остановить, я бы одумался. Подумал о том, что проводить эксперименты над живыми, здоровыми людьми - негуманно. Подумал о том, что вживлять себе нейромод за нейромодом - опасно. Что с каждым образцом тифона я сам всё меньше похож на человека. Не внешне, нет. Внешне я всё тот же. Меня узнаёт брат, со мной общаются родители, директор Ильюшина не меняет ко мне своего отношения, не имея ни малейшего понятия, что случилось с её отцом по простой прихоти. Но всё это - выбор. Один за другим. Один за другим. Даже если это было неправильно. Это был мой выбор. Забыть всё - тоже мой выбор. Как и вспомнить всё многим позже. Как и оставить станцию в живых. Оставить в живых всё, что на ней обитало. Потому что не готов был расставаться со всеми данными, со всеми трудами, которые наверняка бы пригодились человечеству. Потому что не готов был похоронить свой триумф, несмотря на всё, что говорил мне «Январь».
Только вот всё пошло не по плану. Коралл разрастался, заполнял собой всю станцию. И мне не оставалось ничего другого, как стать частью этой станции. Я не надеялся проснуться, пожалуй, когда принимал решение погрузить себя в криогенную капсулу. Я не надеялся, что кто-то вдруг появится и откроет её, разбудит меня. Я знал, что подвергал всё большой опасности, потому как если это всё-таки случится, все разработки могут оказаться не в тех руках.
Я многое понимал, но продолжал подготовку. В дендрарии, в хранилищах, были сложены припасы на случай, если что-то пойдёт не так, и мне придётся проснуться, придётся снова выживать. Все коды были заменены на новые. На всякий случай. На введённые уже нейромоды криогенная заморозка не должна подействовать. Я предусмотрел подобное развитие событий. Как и многое другое.
Темнота окружала меня долгие годы. Тишина и пустота. Ничего вокруг. Только твари, захватившие станцию. Я не знал, жив ли Алекс. Я ничего не знал. И, наверное, узнать мне было бы уже не суждено. Если бы не день, когда станция сошла с орбиты. Если бы не день, когда всё изменилось. Если бы не метеоритный поток, изрешетивший «Талос-1». Всё бы шло своим чередом.
А я всё продолжал спать. До того самого момента, когда кто-то не пришёл на предусмотренный для как раз таких случаев сигнал бедствия.
Спал до тех пор, пока капсулу не вскрыли. Криогенные аппараты завершали свою работу. Я медленно приходил в себя. На периферии сознания раздался рык, который был слишком хорошо мне знаком. Кошмар. Снова, здесь. По мою душу. Вечный спутник.
На какой-то момент я решил, что так меня и настигнет конец - ни воевать, ни сопротивляться я был пока не в силах. Руки и ноги плохо слушались - тело только выходило из оцепенения.
Рядом со мной кто-то находился. Космический костюм, форма, которую я никогда прежде не видел. - Конечно, не видел, - одёргиваю мысленно сам себя, практически физически ощущая, как мозг снова начинает анализировать и адекватно функционировать. - Ты же спал чёрт знает, сколько лет.
Чтобы повернуться к «гостю» мне понадобилось несколько больше усилий, чем планировалось. Задавать вопросы сейчас было глупо и неуместно. Стоило разобраться с кошмаром для начала. Я выдыхаю и достаю транскриптер, смотрю информацию о собственном состоянии, о состоянии нейромодов и их функциональности. Всё в норме. Стоит отметить позже, что криогенный сон никаким образом на функции нейромодов не влияет. Осталось только проверить на деле.
Я продолжаю нажимать клавиши на сенсорном экране, проверяю работоспособность чипов костюма, ищу хоть что-то, что могло бы спасти и меня, и незваного гостя от лап Кошмара.
В глазах мутнеет на какой-то момент. Транскриптер выскальзывает из пальцев. Я ругаюсь. Хрипло и тихо. Голос всё ещё не желает звучать адекватно. Да и с чего бы ему?
- Нужно затаиться. Подождать. Он уйдёт. На какое-то время. Всегда возвращается. - фразы получаются лающие, резкие и отрывистые. На полноценные предложения моих сил и голосовых связок вряд ли хватит. - Морган. - представляюсь незнакомцу, разумно полагая, что если бы меня хотели убить, то давно бы уже сделали это. Значит, на настоящий момент, мне опасаться нечего. В противном случае, недоброжелатель тоже рискует опробовать на себе те способности тифона, которые мне удалось установить перед тем, как заснуть.

+1

4

В данный момент нашим прикрытием, или укрытием, - называйте как хотите, - была одна из лабораторий дендрария. И не сказать, что прятаться за столом было очень умно, а в особенности очень красиво для двух взрослых мужиков, но в радиусе пары километров других укрытий не было. Поглядывая, где там носит чудовище, я так же наблюдал за тем, как отмороженный некто приходит в себя. Явно даже быстрее, чем можно было представить. И пока я имел возможность созерцать его оборудование, то меня этот факт даже не смущал.
Затаиться? Хоть в этих словах и был резон, но обычно от врагов побольше вся команда Первопроходца старалась избавиться в первую очередь. Но ведь, сейчас их не было, - а против Дракса за спиной я не отказался бы в любой ситуации, - поэтому даже не стал спорить. Райдер, но можешь звать меня Скотт. Я пожал чужую руку. Учитывая, что передо мной был не представитель нового вида, то это не должно было удивлять. Пол в очередной раз дрогнул, когда тварь прошла особенно близко.
Я никогда не Верил. То есть, когда ты ученый, который проснулся спустя шестьсот и еще немного лет в другой галактике, где новый вид перерабатывает старые - ты забываешь верить. Но ведь, это все кто-то создал? Особенно эту штуку, которая удалялась от нас. Вот только, если мы созданы по образу и подобию, то кто тогда создал их? Да и вообще, что могло создать вселенную, которая полна разных видов и организмов? Которые так же верят в своих "богов"? Не бралась же эта вера во что-то сверхъестественное с потолка у всех поголовно? Откуда брался этот ген, отвечающий в то, что где-то там, в другой плоскости мироздания, есть что-то страшное? или же нам всем просто нужно было чего-то бояться? Чего-то неизведанного?
Кажется, он ушел. Я встал с пола и для вида отряхнулся, разминая коленки. Вокруг были разрушенные шкафы с оборудованием, да еще какие-то странные приборы. Я думал сигнал передает маяк, через который я смогу связаться со своим кораблем. А тут ты. И знаю, что это звучит скорее не очень красиво, но... ты знаешь, откуда в этой полуразрушенной ... Тут я решил красиво промолчать, потому что Станция действительно напоминала дыру. Огромную, полуразвалившуюся и думается мне, что если бы мы попытались ее извлечь, то еще и разрушившуюся дыру. Единственное, что держит корпус, какая-то странная скверна. Черная с золотом. Или наоборот. Когда мы подлетели, она напала на корабль и сбила его. Не знаю, удалось ли моей команде взлететь. Но точно я знаю, что нам надо выбираться. Поэтому, я надеюсь, ты знаешь откуда на станции можно передать сигнал? Я смотрел на Моргана, ожидая как ответов, так и вопросов. Я на самом деле не знал, сколько он тут проспал. А значит, где он, когда, что случилось - хотя бы это он должен был хотеть знать. В очередной раз я проверил запас пуль в пистолете. Увы, на станции новых не было, а значит придется экономить, если только мой новый знакомый не обладал стратегическим запасом оружия.Это тоже стоило выяснить, ровно как и то, какие еще опасности таит в себе Талос-1. Я предполагал, что до этого времени мне просто везло и на меня не нападали, но я же отчетливо слышал шорохи и движение, но то был явно не этот Кошмар. Слишком большой и злобный, чтобы просто наблюдать.
Снова выйдя в основной сад Дендрария, я высветил на инструментроне карту местности, которую успел обойти. Неплохо было бы просканировать все, но что-то мешало это сделать. Отображалась только та часть, которую я прошел плюс несколько сотен метров в стороны от. Расскажешь, как такая громадина оказалась за более чем шестьсот лет от Земли в таком состоянии и с единственным выжившим на борту? Тут стоило начать бояться и строить теории заговора, но паранойя не была моей сильной стороной. Любопытство - да. Жажда новых знаний - определенно. Паранойя? Это вообще что такое? Хотя надо быть честным - когда крутишься в супе из политики, сдобренном восстаниями и саботажем, стоит начать задумываться о смене профессии.
Я обернулся к Моргану и сдвинул брови, выхватывая хищник. Нет, естественно я не собирался убивать его вот так внезапно, просто один из приборов за его спиной отрастил лишние конечности и теперь решил не то напасть, не то сделать еще что-то. Но ведь если желают добра, то не замахиваются отростком, который больше похож на иглу? В общем, я выстрелил, для эффекта раза три. Прибор распался, превращаясь в черный труп, непонятной формы. Это что еще за хуйня!? Обычно я отличался большой сдержанностью, но когда чашки внезапно лезут с тобой обниматься и целоваться в засос - это уже перебор, даже для меня. Особенно для меня!

Отредактировано Scott Ryder (02-07-2017 23:38:50)

+1

5

Даже мысль о том, чтобы куда-то активно выдвигаться, давалась с большим трудом. Несмотря на все заверения транскриптера о том, что все показатели о функциях моего организма находятся в пределах нормы, я продолжал ощущать головокружение и свинец, разливающийся по рукам и ногам. В таком состоянии бежать не то что из Дендрария, но из укрытия - представлялось неимоверной глупостью. Тем не менее, необходимо было что-то срочно предпринять.
Пользоваться способностями тифона я не хотел - это вызвало бы массу неудобных вопросов, на которые у меня нет никакого желания отвечать. Рисковать собственным спокойствием не хотелось - я не мог с точностью утверждать, что после демонстрации таких способностей даже в целях элементарного выживания я не окажусь в одной из лабораторий под тщательным присмотром. Риск был слишком велик, чтобы на него решиться. Куда удобнее было изображать из себя простого учёного, волею судьбы оказавшегося на станции в совершенном одиночестве. Учёного, который логично выбрал криогенную заморозку вместо надвигающейся смерти.

За столом не было безопасно. Сказать по правде, нигде на этой чёртовой станции не было по-настоящему безопасно. Но об этом я своему новому знакомому решил не сообщать. Моя задача - оставаться в его глазах его и всей его команды совершенно не представляющей опасности пешкой.
- Не самое подходящее время для обмена любезностями. - я бы с удовольствием проигнорировал протянутую для рукопожатия ладонь, но та уже вцепилась в мою собственную. И мне оставалось только на автомате пожать её в ответ. - Райдер. - киваю, повторяя чужое имя.
Когда Скотт заявил о том, что Кошмар скрылся, я ещё несколько минут не выбирался из укрытия, смотря на нового знакомого снизу вверх. - Чтобы подать сигнал, необходимо спуститься на мостик. Это недалеко. - всё-таки поднимаюсь на ноги, чувствуя, как после долгого бездействия, меня не желают слушаться затёкшие конечности. Меня немного покачивает, и в какой-то момент я с облегчением понимаю - выход из криогенной заморозки был в корне неверным, организм не успел проснуться и начать функционировать так, как ему и полагается. Слабость вызвана самым обычным чувством голода. Ничего страшного и угрожающего здоровью со мной не происходит. Это осознание делало ситуацию не многим, но лучше.
- Добраться до мостика можно прямиком отсюда. Если, конечно, вход не завален. В таком случае придётся искать другой способ туда попасть. - делаю пару шагов по направлению к выходу, но замираю, когда Скотт начинает рассказывать о поражающих размеров тифоне, который, судя по всему, так и продолжал паразитировать на поверхности и внутри станции все эти годы, пока я спал.
- Лучше бы твоей команде ему не попадаться. Если Коралл доберётся до центра корабля, до его двигателей и механизмов… - невозмутимо смотрю на собеседника, прекрасно понимая, чего он от меня ждёт: вопросов, непонимания. И у меня была парочка вопросов, которая вполне себе могла подождать того момента, когда жизни уже не будет ничего угрожать. - Они все умрут.

Сад Дендрария почти не изменился с того самого дня, когда я поместил себя в капсулу. Обманчиво казалось, что на самом деле прошло всего несколько часов, а не пролетели сотни лет. Я понимал, что из экипажа скорее всего никто не смог выжить. Но чтобы узнать наверняка, было бы неплохо проверить с одного из терминалов. Возможно, кто-то тоже догадался подвергнуть себя криогенной заморозке. Интуиция подсказывала, что Алекс точно мог решить поступить именно так. Или, возможно, мне иррационально хотелось в это верить - что я не остался совершенно один в незнакомом мире, где прогресс ушёл далеко вперёд.
- Шестьсот лет назад на нас напали существа, с которыми ты уже знаком. Вышли из-под контроля. Так будет правильнее. - поправляю сам себя, думая о том, что мог бы загрузить карту комплекса Райдеру на устройство, но по какой-то причине решил этого не делать. Из соображений безопасности, пожалуй. Было гораздо спокойнее знать, что у него нет другого выбора - кроме как беспрекословно следовать за мной.

Я хотел было сказать что-то ещё, может, провести краткий ликбез на тему того, какие твари могут встретиться на нашем пути к мостику, как с ними бороться и что от них можно ожидать. Но за плечом послышался шорох. Звук, от которого я уже успел порядком отвыкнуть.
Выстрел не заставил себя ждать. Отпрянув в сторону, я окинул взглядом остатки одного из простейших мимиков, который теперь чёрной блестящей полумассой растекался по полу.
- Мимики. Прародители всей обширной экосистемы тифонов. Как ты мог догадаться, они мимикрируют под предметы, что их окружают. Таким образом охотятся на живых существ, жизненную энергию которых используются для размножения и эволюционирования. - звучу на редкость сухо даже для самого себя, несмотря на то, что реакция Райдера меня действительно веселит.

- Пойдём. - меня всё ещё немного покачивает из стороны в сторону, шаги получаются нетвёрдые, складывается ощущение, что вот-вот, и нога подвернётся, а я снова окажусь на полу. - Нам всё ещё необходимо связаться с твоей командой. - пожалуй, я погорячился, решив, что на станции почти ничего не изменилось. За многие годы тифоны окончательно захватили всё возможное пространство. Золотистые струны их коммуникационного поля были повсюду, ласково оплетали каждый угол, каждый коридор. Я остался жив чудом, не иначе.
Только вот верить в это самое чудо не приходилось - двери, ведущие на мостик, были заблокированы. Возможно, изнутри. Возможно, что кто-то пытался спрятаться в помещении. Не имея ни малейшего шанса на то, чтобы выжить. Потому как тифонов не останавливают ни двери, ни самые прочные замки.

- Прикрой меня. - с электронным замком придётся повозиться, прежде чем тот благосклонно решит впустить нас внутрь. Кошмар может вернуться в любой момент, несмотря на то, что я честно исключал любую возможность использовать навык тифона. Скотту об этом знать не обязательно. Помимо Кошмара, если я всё правильно помнил, на территории Дендрария были ещё и Электрофантомы. И встречи с ними хотелось бы избежать.
Тихо ругаясь про себя, я продолжал возиться с замком, набирая всё новые комбинации, пытаясь взломать его. В конце концов, мои попытки увенчались успехом. Я проскользнул в приоткрывшуюся дверь, утянул Райдера за собой, чтобы тут же закрыть дверь. Даже если она не станет спасением, то хотя бы препятствием на пути случайно забредшего в эту часть Дендрария тифона.
- Потребуется какое-то время, чтобы настроить связь. Я не знаю, в рабочем ли до сих пор состоянии находится аппаратура. - бросаю взгляд на капитанское кресло и понимаю - Алексу выжить не удалось. Его тело, осушённое мимиком, всё ещё лежало на полу. Из груди помимо воли вырывается рваный выдох. Внутренности разом сковывает раскалённым жгутом. Я бросаю внимательный взгляд на Скотта. - Придётся нам здесь зависнуть на какое-то время.

+1

6

Я мог спорить, на что угодно по поводу любезностей, потому как сдавалось мне, что по прибытию на Нексус, Моргана у меня просто отберут без возможности поговорить и обсудить то, что я тут увидел. Но он и сам должен был это понимать. С другой стороны, криостаз на него явно еще влиял, это было видно по тому, как он двигается и как говорит. Но тут уже удивляться было нечему – выходить из криостаза, он был вынужден экстренно, а это еще хуже, чем просто просыпаться после шести ста лет сна. Ну, скорее пройти куда-то в сторону. Я удивлен на самом деле, что тут мы ходим по полу. Остальная станция лежит едва ли не вверх дном. Все же решил уточнить я, прежде чем новый знакомый сделает шаг из отсека и свалится туда, куда меньше всего ожидает. Если умрем мы, это будет неважно. А умрем мы в любом случае, если он до них доберется. Корабль ходит, считай на двигателе, который эквивалентен парочке ядерных бомб. Так что, пока мы живы, то значит и не добрался. Это была, наверное, и худшая и лучшая новость за последние часы. Когда-то в самом начале пути, я думал, что проблемой будут экосистемы планет, затем – Кетты, а теперь еще и это. Кто-то явно меня не любил и я надеялся, что это не дух отца преследует меня за то, что я так откровенно дерьмово выполняю его обязанности. Но это было бы логично, потому что все, кто мог бы стать следующим первопроходцем людей – находились на Буре, моя связь с СЭМом была потеряна, а это значило полное вымирание моего вида, просто потому что ушли бы годы, чтобы воспитать новых и подготовить их ко связи с ИИ Гипериона.
Видимо, это произошло после того, как Инициатива запустила Ковчеги. Я не помню этого. Откликнулся я, умалчивая тот факт, что в дневниках отца, говорилось только о каких-то древних машинах, одна из которых еще при мне напала на Цитадель. Чтобы понять всю картину происходящего, нужно было установить связь с СЭМом, который лучше знал и «помнил» историю земли.  В любом случае, сейчас я понимал одно – если мы выберемся с Талос-1 и когда мы это сделаем, то нужно приложить все усилия, чтобы эта штука не выбралась за поверхность планеты и не добралась ни до кого еще. И уж тем более не попала в руки к Архонту. Последнего мне хотелось меньше всего. Как будто у него и без того не была припрятана целая колода тузов в рукаве, чтоб давать ему такое оружие. Пусть оно и было разумным и вряд ли бы согласилось работать на кого-то еще. Но ведь и у Ангара не особо спрашивали, хотят ли они вознесения или нет?
Мой взгляд отражал весь мой скептицизм, когда Морган сказал – пойдем. Но пришлось придержать все свои мысли на этот счет при себе, потому что если мы не начнем двигаться, то никуда точно не уйдем скорее всего. Иногда говорят, что хуже всего знать, сколько времени осталось до конца, но они не правы. Хуже всего не знать, потому что неизвестность – пугает. Мы знали, чем все может обернуться, но только догадывались, когда это может быть.  Поэтому просто пропустил выжившего вперед, а сам снова убрал хищник и достал один из клинков Азари. Патроны заканчивались, а справится с чем-то таких относительно небольших размеров, я мог и врукопашную. Если выживем, надо не забыть сказать спасибо Коре по поводу ее уроков им владеть.
Только быстрее. Конечно, когда другой занят работой, требующей сосредоточенности, подгонять – не лучший выход, но что еще оставалось? По рукам и телу прошелся знакомый свет биотики, которую я ощущал скорее, как легкое покалывание электричества. И если раньше мне казалось, что вокруг нас никого нет, то сейчас все стало иначе. Как будто разбудив Моргана, что-то включилось, как и бывает в квестах в игре. Ты доходишь до точки, и тут на тебя сыпется целая куча врагов. Вот только мои враги были по большей части невидимы, а далеко отходить от ученого я не мог. Будь у меня связь с СЭМом, я бы переключил навыки на более нужные и поставил баррикаду, но в моем распоряжении была только врождённая биотика и то, как я мог ее использовать. И если первым порывом было порубить всех в капусту, то потом я плюнул на это дело, вскидывая руки вперед и ставя вокруг нас щит. Я не был уверен, сколько он продержится, поэтому только мысленно подгонял напарника. Тем временем часть мимиков, которые казалось стягиваются в помещение, пытались в лобовую пробиться через защиту, но потом отступили и когда я было подумал его снять, оказалось, что они тупо ждали подкрепления. Нет, это не был Кошмар, но что-то, больше похожее на порождение мозга Лавкрафта и отдаленно напоминающее Ктулху. Что же, это хотя бы что-то объясняло, наверное.
А потом я почувствовал ЭТО. Как будто что-то извне пыталось убедить меня в том, что все, что я делаю – не правильно. Руки дрогнули, а где-то за спиной Морган ругался на замок, который не хотел открываться и это осознание в купе с тем, что где-то там моя команда, моя семья, мои друзья в опасности, помогли сосредоточится. Ну, уж нет. Биотика прошлась волной от нас, сбивая с ног и переворачивая все предметы, что не были прикручены к полу. Почти осьминог пал на пол и я добил его зарядом, почти, что залпом из пушки приземляясь рывком и всаживая клинок куда-то в район третьего, или какой это был у него, глаза. А когда вернулся на исходную, Морган закончил с замком и мы оказались внутри рубки.
Мой взгляд упал на тело, которое принадлежало когда-то человеку, а ныне напоминало, да в общем-то и не важно. Важно было другое. Эмоции, которые мимолетно отобразились на лице Моргана. Твой друг? Только и спросил, давай возможность адаптироваться. А потом усмехаюсь, когда друг по несчастиям продолжает говорить. Я никуда не спешу. Вот только мне нужно оружие. Тут слишком мало пространства, чтобы швыряться биотикой. И есть возможность повредить то, что все еще работает, если работает. Они же придут, да? Всегда приходят. Как тараканы, мысленно добавил я. Вот только тараканы не пытаются тебя убить и не превращаются во все предметы обихода, что есть на их пути. И почему чаще всего, когда это нужно оно не работает? Я отошел в сторону, усаживаясь на край одной из панелей. Недавний выброс сказывался на мне, как криостаз на Моргане. И приходил я в себя примерно с той же скоростью. Вот только если состояние ученого я мог отслеживать только по его внешнему виду, то свое, в общем, я чувствовал, как все возвращается в норму и я медленно, но снова начинаю отсвечивать синим. Ироничность в ситуации была в том, что обычно это меня прикрывали, оберегали и далее по списку, но сейчас кажется, пришла пора платить по долгам, хоть и не тем людям. И оставалось только верить, что оно окупится. Ну, или хотя бы то, что со станции я выберусь живым и невредимым. Чем я могу еще помочь, помимо того, что отгонять от тебя этих тварей? Это конечно благородное занятие, но обычно моя специальность в другом. На самом деле это другое обычно и приводило меня в подобные ситуации, когда Лекси только в очередной раз почти закатывала глаза, но перевязывала раны и сканировала состояние. У нее было по истине безграничное терпение и понимание и пожалуй это было даже очень хорошо, учитывая характеры каждого из команды Бури. Тут я посмотрел на Моргана более внимательно. Что делать с ним, когда мы окажемся на флагмане? Узнать, все ли с ним в порядке физически – логично, но ведь он не просто человек, который пережил очередное приключения, как мы. Он проспал неизвестно сколько лет в компании чудовищ и взялся почти, как рояль из кустов. Это вызовет больше вопросов, если обнаружится, что у него есть травмы, которые нельзя описать просто опасной прогулкой. Хоть с виду с ним было все нормально.

Отредактировано Scott Ryder (08-08-2017 11:57:57)

+1

7

Я не знаю, кто ввёл меня в этот мир, ни что это за мир, ни кто я такой. Я невежественен во всём. Не знаю, что такое моё тело, мои чувства, моя душа, ни даже та часть меня, которая придумывает то, что я говорю, размышляет обо всём и о самой себе, но знает себя не лучше всего остального. Вижу пугающие просторы Вселенной вокруг себя, а я привязан к одному уголку этого широчайшего пространства и не знаю, почему нахожусь в этом месте, а не в другом. Не знаю и того, почему отпущенный мне краткий срок должен прожить именно в этот, а не в другой отрезок вечности, которая была до меня и останется после меня. Вижу бесконечности со всех сторон; они окружают меня как песчинку, как тень, которая появляется на миг и больше не возвращается. Я знаю лишь то, что должен умереть, но меньше всего знаю о смерти, которой не могу избежать.

Как возможно судить о чём-либо, если до конца не знаешь самого себя? И это не просто красивые слова, за которыми очень удобно прятаться, нет. Я не пытаюсь рассуждать о том, что познать собственную природу - задача практически невыполнимая. Я действительно н имею ни малейшего представления, какой я человек. Что я такое? Какой у меня характер? Что я люблю, а что - нет? Что скрывается за данными и отчётами доктора Беллами? Есть ли что-то большее чем простой набор буквенных знаков? И в какой момент, вводя нейромод, моя первоначальная личность окончательно перестала существовать?

Я всё узнавал из записей. И это в какой-то степени пугающе - читать о себе информацию так, будто это какой-то чужой человек. Впрочем, пожалуй, так и было. Я прекрасно помню, как читал все документы, которые мне предоставил «Январь» и пытался смотреть на себя же со стороны. Анализировать и понимать, что действительно изменился. Стал другим человеком столько раз, что и не сосчитать. Удивительно, что кроме ярко выраженной агрессии, вызванной отдельными темами разговора, доктор не приписал мне ещё множество других расстройств психики. А должен был бы. Потому что я продолжал не узнавать себя и откладывать эту проблему. Загонять вопросы в самую глубину подсознания, игнорируя явную проблему.

Мне не нравилось что-либо не понимать. Это случалось со мной постоянно с самого детства: если чего-то не умел, то непременно учился, стараясь заполнить все возможные пробелы в познаниях той или иной сферы, когда Алекс сыпал умными словами и непонятными теориями, я постоянно тянулся следом, чтобы понимать, разбираться, не выглядеть идиотом в своих глазах и разочарованием - в глазах родителей. В какой-то степени я бесконечно благодарен Алексу за подобные вызовы. Они делали меня лучше. Они заставляли развиваться, бороться и побеждать. Они делали меня тем, кто я есть сейчас. Наверное. Скорее всего. Я бы мог сказать конкретнее, если бы действительно помнил или знал, кем конкретно я являюсь. Я бы не мог сказать что-либо конкретное и о том себе, что сейчас существует здесь, стоит перед Райдером и тщетно пытается понять, что происходит, и что с этим всем делать.
Я не знаю, кто я. Не знаю, что со мной было, и что ещё только будет. Прошлое - записи собственного голоса. Пустые факты, ничего не значащие события, потому что отсутствует эмоциональная привязанность. Собственная жизнь - учебник истории, который пролистываю без особенного интереса. Просто ради того, чтобы уметь правильно отвечать на вопросы. А хочется жить. Хочется творить свою судьбу и самостоятельно что-то решать. Что, к слову, тоже довольно смехотворно, учитывая, что всё, что со мной происходит - результат сделанного мной выбора. Мной же?

Я смотрел на Скотта и размышлял о том, какая жизнь была у него. Мне хотелось задать множество вопросов. Откуда он прибыл? Какой сейчас год? Что будет со мной дальше? Скотт планирует забрать меня с собой на свою космическую базу или…оставить здесь? Я хмыкаю себе под нос, одёргивая - никто не собирается снова оставлять меня на станции в одиночестве. Это так не работает.

- Твой друг? - спрашивает Райдер, явно заметив то, как мой взгляд то и дело возвращался к телу около капитанского кресла. Я не знал, что ответить. Мы с Алексом были близки когда-то давно. Мне так кажется. Мы понимали друг друга. Мы стояли друг за друга. И идеи у нас были одни на двоих. Вдохновлять и направлять - это то, что мы проделывали раз за разом, открывая всё новые горизонты.
- Как в старые добрые времена, братец… - в голове звучит голос старшего брата, непривычно полный энтузиазма. Это был мой «первый день на работе». А потом всё исчезло. Оказалось дурным сном, что повторялся изо дня в день. - Нет. - честно отвечаю, полагая, что это ложь лишь отчасти. Мы перестали друг друга слушать. Перестали друг друга понимать так, как это было раньше. Мои взгляды отличались от его. Удивительно, как много способов избегать друг друга можно найти на изолированной от всего живого станции. Как легко практически никогда не пересекаться.  - Наверное, я обознался. - пожимаю плечами и снова возвращаюсь к приборной панели. В конце концов, сложно знать наверняка, чьи останки лежат на полу, когда прошло столько времени. Правда, сколько именно это «столько» я так и не понял.

Что такое «Инициатива» и «Ковчеги» мне тоже было непонятно. Оставалось только строить догадки и предположения. Строить аналогии. Правильно ли я понимаю, что нечто, именующееся «Инициатива» - это что-то вроде административного органа? Здание или, наоборот, совет людей, который отдаёт приказы таким, как Скотт? Я впервые с момента пробуждения подумал о том, что в новом мире, в котором я проснулся, может быть совершенно другая система, другие ценности, другая иерархия. Совершенно иной, отличный от моего, уклад общества. И, самое важное - что за штуковина, которой обладает Скотт, волной сбила все предметы вокруг?

- Что это за биотика такая? Какой сейчас год, Скотт? Сколько я спал? В криогенный сон я ушёл в 2035 году. - вопросам, кажется, не было конца. Особенно теперь, когда нашим жизням ничего не угрожало. Теперь, когда нам оставалось только ждать, когда оборудование или заработает, или нет.
Набрав на панели ещё несколько задач, тщетно пытаясь заставить её работать, я выругался. Тишина. Молчание. Никакого шанса на то, что им удастся выйти на связь. Я не знал, что делать. Мысли хаотично прыгали, но не удавалось зацепиться за что-то конкретное. Я опустился на пол, чувствуя, как перед глазами поплыла комната. В ногах царила слабость.
Оставаться на мостике не было никакого смысла. Если только….если только в сейфе не остался набор нейромодов, чертежи и пара необходимых мне мелочей. То, без чего мне бы категорически не хотелось покидать станцию. В этот раз - навсегда.

Я заставил себя подняться. Заставил пройтись по всему большому помещению, отведённому под капитанский мостик, чтобы найти сейф. Удивительно, как хорошо я помнил совершенно бездушный набор цифр. И как плохо я помнил лица и имена. Набрав необходимый номер, я открыл сейф, достал из него оставленные давным-давно три нейромода и убрал всё в сумку, которую достал там же. Я уверен, что от глаза Скотта это никак не укроется. Сложно, знаете ли, упрятать целую появившуюся из ниоткуда сумку. Многое придётся объяснить. И я переводил взгляд с Райдера на сумку с нейромодами и обратно. - Я отвечу на любые вопросы, когда мы выберемся отсюда. - один из нейромодов остаётся у меня в руке. Я всё ещё прекрасно помнил, что нужно делать. И сейчас нам жизненно необходимо разобраться со способом выйти на связь. Значит, придётся и дальше бороться с неподдающейся панелью управления. Палец привычно ложится на «курок», я подношу устройство к глазу и нажимаю. Чувствую острую боль, которая жаром разрастается не только по глазному яблоку, но, кажется, заставляет агонизировать и мозг. Вынимаю иглу, жмурясь. Правый глаз на какой-то момент видит картинку перед собой до отвратительного расплывчато.

Мне придётся очень многое объяснить Скотту, надеясь, что меня не скинут их местным учёным для опытов. Надеясь, что эта самая команда учёных не станет использовать мои нейромоды для дурных целей. Хватило и того, что я уже один раз совершил ошибку. Ошибку, повторять которую мне не хотелось.

Отредактировано Morgan Yu (03-09-2017 01:13:49)

+2

8

Я не стал дальше расспрашивать по поводу тела на стуле. В конце концов это было не мое дело, и мы были еще не достаточно знакомы, чтобы делится подобными, личными делами.
Биотика это следствие облучения зародыша в утробе нулевым элементом. Возможность живого организма создавать поле Эффекта Массы вокруг себя, используя элемент, который при облучении стал с ним един. Мне стило бы удивиться, почему Морган этого не знает, но услышав год начала его сна, чуть не потерял свои глаза на своем же лбу, пытаясь подсчитать, сколько лет прошло. На это потребовалось время. Всего чуть-чуть, но все же. И тут я встал перед дилеммой, потому что получалось, что Ю провел в криостазе намного больше времени, чем я думал. Да и произошло это за 128 лет до моего рождения и за 113 лет до того, как нулевой элемент вообще был найден и открыт. Я пару раз почесал в затылке. Ну, в Элей, где ты сейчас находишься, мы прилетели чуть менее полугода назад и сейчас 2819 год. Из Млечного пути мы выдвинулись в 2184 году. Нулевой элемент, а так же многочисленные открытия, найденные на Марсе, были открыты в 2148 году. А я родился в 2 163... Ты в криостазе был... ну.... 784 года, если не ошибаюсь. Теперь понятно, почему станция кажется мне знакомой, но такой странной. Эти технологии использовались до того, как человечество вышло в пространство Цитадели и вошло в Совет. Надеюсь, что ты сейчас не упадешь в обморок от шока. Ты ведь не упадешь? Мне очень хотелось верить, что Морган намного крепче, чем кажется. То есть это было бы нормально, если его придавило шоком, но только попозже, когда мы выберемся. А сейчас у нас были дела и важнее. На много более, так как где-то там мой корабль спасался от этой чужеродной скверны, а мы тут все еще были заперты. И я даже среагировать не успел, когда человек из далекого прошлого опустился на пол. Оставалось надеется, что в себя он придет на много быстрее, чем может человек в подобной ситуации. Ладно, будем честными - не каждый день узнаешь, что за время твоего сна все поменялось слишком кардинально. Я терпеливо ждал, пока Ю переварит информацию и пока что сам приходил в себя. Моя сила вернулась ко мне и теперь была готова если что сжать до молекулы моего врага. Ну или сделать что-то подобное, в любом случае это было хорошо, так как патроны могли закончится в любой момент.
Все же, Ю справлялся с шоком лучше, чем мне казалось и уже через какое-то время он встал и начал ходить по помещению. На его фразу о том, что он ответит на все мои вопросы потом, я лишь кивнул, думая о том, кто действительно кому и на что будет отвечать. Потому как в нашей ситуации это он оказался в совершенно новом мире, без знаний как оно вообще работает.Оставались конечно еще люди с Нексуса, но в какой-то момент я решил, что буду оттягивать с отчетом как можно дольше. В конце концов от меня ждали не подобных открытий, а каких-то более прозаических действий. Таких как - найди ковчеги, построй колонии, избавься от Кеттов. И нигде, даже мелким шрифтом не было написано, что я должен сдавать человека на опыты. Хотя признаться честно, сам парочку провел, особенно после того, как Морган что-то сделал со своим глазом. А именно вколол себе здоровенную иглу. И тут я понял, что странности не закончились - они только начинаются. Хотел бы я спросить, какого хрена он делает, но ведь все вопросы и ответы потом, да?
Так что со связью? Возвращаясь к делам насущным, поинтересовался я, так как все еще не ощущал СЭМа в своей голове. Конечно, я не думал, что связь через передатчик станции будет хорошей, но у ИИ Гипериона все же больше шансов связаться со мной, чем нам с Бурей. С программой мы были связаны напрямую, а с кораблем - нет. Я наконец тоже встал, отряхиваясь чисто по привычке. Я же правильно понимаю, что нам придется идти еще куда-то? То есть ничто и никогда не бывает так просто. Всегда надо идти на другой конец и нажимать кнопку, чтобы панель в том месте, где ты только что был включилась. И так по нескончаемой наматывая круги. Я изобразил бесконечность пальцами, показывая, что именно нам скорее всего нужно будет делать и смотрел при этом на Моргана. Ну а что еще нам оставалось?

+1


Вы здесь » Crossover Apocalypse » По чужим следам » Mayday, Mayday!